Автор
В Беременна поневоле мир мелькает между реальностью и сном: юбки, которые кажутся слишком короткими, встречи, где чувствуется что-то не то. Внутренние конфликты главной героини — это взаимодействие между новыми возможностями и давними обидами. Здесь каждый шаг может изменить ход истории, создавая атмосферу предвкушения и тревоги, будто ты сам участник неизведанных переживаний....
Кажется, пролетело несколько десятков минут, не больше.
— Нагулялась, — Алёна улыбнулась устало, но всё-таки счастливо. — Люблю предновогоднюю суету. А ты?
Ответил односложно, потом постарался исправиться, начав рассказывать о своей семье.
— Фотографируемся с Дедом Морозом и Снегурочкой! — внезапно протрубил ряженый актёр, стукая посохом. Остановился перед нами.
— Сфотографируйтесь с Дедушкой! — Снегурочка с красными щеками потянула нас за руки.
Не отбиваться же ногами от ряженых актёров.
— Давай сфотографируемся, — предложил Алёне.
Нас столкнули вместе. Я приобнял девушку за талию. Алёна не стала отстраняться.
Потом мы побродили среди толпы гуляющих ещё немного, дождавшись фотографий. Для меня непривычно вот это всё. Не моё, я действую и живу немного иначе.
Но потом взглянул на фотографию. Снимок получился спонтанным и совершенно естественным.
Можно было даже решить, что я и Алёна на самом деле пара влюблённых, а не муж и жена по договору.
— Домой? — предложил я.
— Да. Пожалуй, хватит на сегодня.
Пришлось немного потолкаться в пробке. Глядя на стекленеющие глаза Алёны, понял, что она устала больше необходимого. Или беременность на неё действовала так сильно?
Надо поинтересоваться у врачей…
Всю оставшуюся дорогу я проворачивал в голове тревожные мысли о здоровье будущего ребёнка — при зачатии я был в хлам. Алёна тоже. Пальцы сами стиснулись на руле. Что привело её в тот клуб в качестве клиентки?
Хотелось спросить, почему Алёна была в невменяемом состоянии? Так переживала из-за измены своего бывшего парня? Или были другие причины?
Но пачкать настроение дурными воспоминаниями не хотелось.
Мы впервые общались без упрёков, острых шпилек и претензий.
Мне это жутко понравилось — разлилось теплом в груди. Таким ярким и солнечным, которого не чувствовал никогда раньше.
Я проводил Алёну до её спальни и остановился в дверях.
— Можно задать один вопрос? — всё-таки не удержался.
— Спрашивай.
— Ты сказала, что тебе есть над чем задуматься. У ресторана. О чём задумалась?
Алёна прикрыла рот ладошкой, зевнув, и устало прижалась лбом к дверному косяку.
— До чего же ты иногда дотошный, Арсений!
— Есть немного. Но ты же сама понимаешь, как я к тебе отношусь.
— Нет. Не понимаю. Ты показывал мне фотографии. Я похожа на твою невесту. Ты говорил, что она тебе изменяла. Ты сильно злился из-за измен. И когда ты сорвался за мной, взбешённый от ревности, я подумала… — Алёна увела взгляд в сторону, словно не желая говорить на неприятную тему.
