Автор
В Беременна поневоле мир мелькает между реальностью и сном: юбки, которые кажутся слишком короткими, встречи, где чувствуется что-то не то. Внутренние конфликты главной героини — это взаимодействие между новыми возможностями и давними обидами. Здесь каждый шаг может изменить ход истории, создавая атмосферу предвкушения и тревоги, будто ты сам участник неизведанных переживаний....
Было бы неплохо ускользнуть, но уверена, что убежать не получится.
Я по ту сторону баррикад. И я совершенно одна. Если буду брыкаться, Покровский просто может дать команду своим людям.
Обо мне мало кто будет беспокоиться. Не Витёк же… Тот, наоборот, обрадуется, что квартира целиком и полностью в его распоряжении.
Подруга? Не смешно.
Со смертью приёмной мамы количество людей, которым я была нужна, превратилось в круглый и абсолютный нуль.
У меня не было выбора."
"Осознание этого внезапно промелькнуло в моей голове.
— Зачем тебе ребёнок? — устало спросила я.
— Можешь мне не верить, но я люблю детей, — не задумываясь, ответил Покровский. — А тот самый, как ты выразилась, эмбрион ни в чём не виноват. Есть ты и есть я. Случайно столкнувшиеся при неприятных обстоятельствах. Результат — ребёнок. Сделано много всего со знаком «минус»… Не хочется добавлять сюда ещё и убийство.
— Это не убийство!
— Убийство! — жёстким голосом возразил Покровский. — Ты хочешь убить крошечного, ни в чём не повинного человечка!
Холодом, сквозившим в словах Покровского, можно было замораживать намертво.
Но всё равно поступал так, как того хотелось ему.
После его гневной и в чём-то справедливой тирады в горле начало першить. Я повернулась лицом к лёгкому морозному ветру, чтобы он выстудил горячие слёзы, выступившие на глазах.
— Я не позволю тебе убить своего ребёнка, Алёна.
— Ты говоришь только о себе и о своих желаниях. Не считаясь с моей жизнью.
— Я узнал многое о твоей жизни. Ни семьи, ни мужа, ни даже мужчины. Иначе бы он давно разобрался с твоим недо-братом. Ты не потеряешь ничего, Алёна. Избавишься от нежеланного ребёнка и встанешь на ноги так устойчиво, как тебе никогда не встать самой.
— Покупаешь меня с потрохами?
— Заключаю сделку, — поправил меня Покровский. — И заметь, я никогда так долго не уговариваю потенциального партнёра.
— Я польщена, — вяло усмехнулась я. — А если я не рожу? Допустим, просто не смогу выносить нужного тебе ребёнка? Такой вариант ты не рассматривал?
— Родишь. У тебя будут лучшие условия и врачи. У тебя будет всё. В обмен на ребёнка. На нежеланного тобой ребёнка, — подчёркнул Покровский. — Согласна?
Повисла пауза. Молчаливая, но многозначительная. Я хаотично перебирала в уме варианты спасения или побега. Ни один из них не казался мне надёжным.
