Автор
В глубокой бездне бессознательного стона и боли находится одна душа, которая надеется на последнюю помощь. "Беременна в расплату" — это крик о спасении, когда каждая секунда важнее всего. Мария сражается со своим страхом и неумолимой болью, борясь за то, что остается ей на свете. В бездне эмоций и переживаний она видит только путь к спасению друга....
Кадык дергается.
— Я всегда чувствую, когда ты возвращается.
Шаг. Еще шаг. Еще.
Блядь!
Вот зачем она? Зачем теребит тесемки на груди, еще больше заостряя мое голодное внимание?
А я почти не слышу, что говорит. Жадно впиваюсь взглядом в сочные губы!
И дурею.
Ее запах обволакивает.
Даже так. На расстоянии. Чувствую легкую дрожь ее тела! И сразу же память подкидывает те самые ощущения. Когда она дрожит изнутри, а я в ней!
Сдерживаться рядом с ней…
Это, блядь, не на ринге Анхеля биться! Тут силы в миллион раз больше нужно!
— Ты подумала, какую хочешь свадьбу?
Надо срочно переключиться!
— Свадьбу?
Отступает чуть.
Член сейчас проломит мне лоб!
— Документы готовы, Мари.
Пододвигаю к ней пару часов назад выправленное брачное свидетельство.
— Мы женаты с того самого дня, когда ты впервые переступила порог моего дома. Больше нет никаких воскресших и пропавших без вести племянниц. Моя законная супруга Мари Булатова. Единственная. Так что… Если ты боялась, что нас осудят.
— Но…
— Давай больше без сомнений, Мари, — взъерошиваю волосы, думаю о том, как бы заморозить свое озверевшее по ней тело на ближайшие пару месяцев.
И ведь держаться на расстоянии тоже не могу! Свихнусь без нее! Прямо задыхаться начинаю, если не рядом!
— Ты слишком поторопился, Бадрид…
Черт!
Чего-то я не понимаю!
Только теперь замечаю, что Мари на самом деле встревожена.
Хотя…
Гормоны все же не шутка! Мало ли, что ей могло там показаться!
— Иди ко мне.
Обхватываю талию, притягивая к себе.
— Привет, малыш, — ласково поглаживаю по кругу тут же отозвавшийся толчком животик.
Блядь.
Какая она красивая!
Прекраснее любой богини! Вот сейчас! Такая трогательная! Такая нежная!
— Ты что? Замерзла?
Чувствую, как дрожит ее кожа.
— Мари! Или опять себе что-то надумала? Ммммм? Если ты о браке.
— Нет, я не об этом, — опускает длинные ресницы.
Мягко отталкивает мои руки, отступая чуть назад.
Блядь. Внутри уже начинает разливаться неприятный холодок!
Я не сказала тебе всего…
Блядь. Да она сейчас оторвет эти тесемки!
Отходит от меня еще подальше. Прячет лицо, отворачиваясь.
И где-то внутри меня лопают с треском какие-то канаты.
