Автор
В глубокой бездне бессознательного стона и боли находится одна душа, которая надеется на последнюю помощь. "Беременна в расплату" — это крик о спасении, когда каждая секунда важнее всего. Мария сражается со своим страхом и неумолимой болью, борясь за то, что остается ей на свете. В бездне эмоций и переживаний она видит только путь к спасению друга....
Знаешь, почему ты всегда так спокоен на ринге? Потому чо я за тебя, вместо тебя волнуюсь! Я все забираю. И за тебя молюсь. Мой отец не учил меня молиться. Он. Пока ты не пришел, кажется ни во что не верил. Ни в Бога, ни в черта. А теперь сам молится. Думает, нечистые силы тебя держат. Но он идиот. Дурак, что всю свою жизнь на никому ненужные деньги загубил. И чужие жизни. Множество чужих ради них положил И я знаю. Твое сердце огромное. Просто оно не с тобой. Оно осталось где-то на твоем пути. Его забрала та, которой ты не помнишь.
"— Бред. Это все бред, Ания! Что ты можешь знать? Что ты можешь чувствовать? Ты выдумала себе все. Это женские глупые фантазии . Как можно отдать кому-то то, чего у тебя нет!
— Просто забери меня с собой. Забери отсюда! Я обещаю. Я всем, чем хочешь, тебе клянусь. Никогда. Даже глаз на тебя не подниму, если ты мне не прикажешь. Буду твоей служанкой. Твоей рабой. И даже ей буду служить, раз ты ее любишь. Никогда ни о чем не напомню. Только забери!
Блядь.
Реально.
Внутри дергаться начинает.
Слабостью такое, кажется называл?
Но только не так. И не в устах этой девчонки.
Которая хрупкими руками мне жизнь спасла.
— Перестань, Ания, — в первый раз ее обнимаю.
Как-то грубо. Неуклюже. Непривычно и по-дурацки получается.
Глажу по голове.
Пытаюсь даже как-то усокоить.
— Я возьму тебя с собой. Обещаю. Не оставлю тебя здесь.
— Правда? Ты обещаешь? Не обманешь и не бросишь?
Задирает голову, а глаза ее светятся таким диким счастьем и какой-то тревогой…
— Я многого не помню, Ания.
— Мы уйдем отсюда вместе, — шепчу, продолжая гладить ее по волосам.
Что это? Что внутри просыпается?
Или, может, оно и не мое?
Может, эта девочка зажгла во мне что-то своей странной верой?
А все равно. Засыпает. И снова пустота начинает меня засасывать. Насквозь. Намертво. Давить так, что виски разрывает.
И опять я отправляюсь навстречу ночной пустыне.
Понимая, что мы с ним так во многом похожи. Такие же две разломанные руины.
Только единственная разница.
Он помнит, но свое уже утратил.
А я не помню. Не чувствую.
Но готов за свое выгрызать до последней капли крови!
21 Глава 21.
* * *Мари
— Зачем мы здесь, Динар?
Ужасное место. Просто ужасное.
Не знаю, сколько часов мы летели.
