Автор
В глубокой бездне бессознательного стона и боли находится одна душа, которая надеется на последнюю помощь. "Беременна в расплату" — это крик о спасении, когда каждая секунда важнее всего. Мария сражается со своим страхом и неумолимой болью, борясь за то, что остается ей на свете. В бездне эмоций и переживаний она видит только путь к спасению друга....
Только вот иногда все на самом деле совсем не то, чем кажется. Под картинкой, которую ты видишь, совсем другое стоять может. Вера чистой оказалась. Чистой и невинной. Только, блядь, я даже такой мысли допустить тогда не мог! И, знаешь… Я ведь бы убил. Убил бы тогда на хрен, не раздумывая. И ее. И Севера. Хоть он и один из моих лучших друзей.
— Ну. По-хорошему, Севера ты таки и убил.
— А хотел по-настоящему. Прямо тогда. На месте. Когда мне в его борделе Веру мою, как клиенту выдали.
Только сжимаю кулаки еще крепче.
Такие расклады не для меня!
— Тигр тогда спас. Нас обоих спас, Бадрид. Веру сам забрал. А я свалил. Уехал. Подальше. Иначе точно. Наверняка бы разорвал! Голыми руками! Уехал и разобрался. Решил начать убивать мелких сошек для начала. А дело другим обернулось. Вышло так, что похитили ее. И брат-урод в бордель, без ее согласия и ведома продал. Вот так. Так бывает. А ведь если бы не разобрался… Не было бы ни хрена. Ни Веры. Ни детей. Ни меня самого, на хрен! Потому что есть в нашей жизни такие женщины.
— Другое мне лучше скажи, — мрачнею.
— Похоже, что ее выкрали? Если даже так у тебя с твоей Верой вышло. Она, когда как шлюха к тебе пришла, улыбалась? Обслуживала и сияла от радости? (*прим. автора. История Морока и Веры в романе "" Пленница тирана"" на моей страничке!)
Молчит.
— то-то же, Морок. И еще скажи мне. Есть шанс, что о моих похоронах они могли не знать?
— Нет, Бадрид.
Лицо суровеет. Мрачнеет."
"— Никак не могли. Оба в столице. А о твоих похоронах разве ленивый на каждом углу не кричал. Помпезно тебя братья похоронили. Каждая собака в столице кадры видела.
Жилы вздуваются так, что вот-вот лопнут.
Да и хрен с ними!
Значит, знала. Все знала.
Времени на скорбь и минимальный траур не выделила.
А если бы она?
Блядь.
Морок прав.
Я бы сдох, если бы с ней что-то случилось!
Я бы не то, что одеться и выйти куда-то. Вдохнуть бы не смог!
— Просто. Пересиди пару дней. Дай себе отдышаться и как-то свыкнуться с этим фактом. А потом… Потом решишь. Мой дом — твой дом, Бадрид. Тем более, в таких, на хрен, обстоятельствах.
— Нет, Морок. Я к себе отправлюсь. Ты же знаешь. У меня в везде есть прибежище неприметное.
— Поверь.
