Автор
Ой, как стрелой пронзает сердце первая мысль: внезапный испуг скручивает внутренности. Руки слабеют, и я чуть не роняю полное ведро, но его тут же подхватывают сильные мужчины в дорогущих тёмных костюмах. Передо мной стоят двое мужчин, что совершенно не вяжутся с грязной просёлочной дорогой, посреди которой мы стоим - будто из другого мира....
Всё обставлено настолько роскошно, что можно почувствовать себя тут желанной гостье. Вот только я знаю, что в каком бы доме я не находилась – тут я пленница, а никак не гостья.
Долго сижу одна взаперти, вздрагивая от каждого шороха.
Боже… зачем я понадобилась Сосновскому? Уверена, он похитил меня вовсе не для того, чтобы «продолжить знакомство». Конечно же теперь он знает, кто я такая на самом деле. Даже если он не навел обо мне справки сразу после нашего с Максом прошлого визита, то после того, как моё имя целый месяц полоскали в новостях, нет ни малейшего шанса, что мне удалось сохранить инкогнито.
Когда дверь в комнату открывается, я нервно вздрагиваю и забиваюсь в самый дальний угол комнаты.
В комнате появляется Сосновский в сопровождении двух устрашающего вида бугаев.
Нервно хватаю ртом воздух. Пульс учащается. Сердце неистово колотится в груди.
- Ну что, Дарина, - мужчина одаривает меня слащавой улыбкой. – Как ты тут устроилась?
Я ничего не отвечаю, продолжая враждебно смотреть на него исподлобья.
- Молчишь? – Сосновский садится на край кровати. – Быть может, мне лучше обращаться к тебе по-другому? Ангелина… Ведь тебя так зовут на самом деле?
Боже мой… в груди всё неприятно сжимается.
- После вашего с Максом прошлого визита, я потрудился навести о тебе справки. Выяснить то, что ты не та, за кого себя выдавала не составило большого труда, - мужчина кладёт одну ногу на другу. – Ведь ты шлюшка Макса, да?
Я с презрением смотрю на него.
- Жаль, очень жаль, что ты не хочешь со мной разговаривать… - мужчина оборачивается к одному из своих подчинённых. – Руслан, займись-ка ею.
Его охранник коротко кивает и, сжимая кулаки, начинает двигаться в мою сторону.
У меня сердце уходит в пятки… и боюсь я не за себя… а за крошечный комочек жизни в своём животе.
- Прошу! – я отчаянно закрываю лицо руками. – Не надо! Я… я беременна.
- Постой, Рус, - Сосновский останавливает своего цепного пса. – А вот это уже интерееесно, - задумчиво растягивает слог мерзавец.
- Никто не знал… - отчаянно лепечу я. – Только я, Эд и Максим.
- Хм… - старик неприятно усмехается. – Ты, значит, с двумя поразвлечься любишь, да, милашка? – он одаривает меня сальным взглядом. – А с виду на шлюху не похожа. Даже удивительно, - он заинтригованно цокает языком.
