Но это не пугало и не расстраивало. Мне стало безразлично, я все меньше думала об этом человеке, а если и вспоминала, то прежней бури разносторонних эмоций уже не испытывала. Меня как будто отпустило. В душе наступил мир. Я обрела покой и могла наконец выдохнуть.
Я знала, все наладится. Внутренняя уверенность крепла. Я понимала, что справлюсь, ведь мне есть ради кого сражаться и добиваться большего. Моя жизнь получила новый смысл. Пусть не сразу, но я многое осознала под иным взглядом и реальность засияла новыми гранями.
— Я сделаю все, чтобы дать тебе счастье, — пообещала тихо, продолжая поглаживать живот.
Конечно, я мечтала о нормальной семье. В идеале у любого ребенка должны быть и мать, и отец, но жизнь порой складывается непредсказуемо. Я постараюсь дать малышу все по максимуму, и не важно, если рядом не будет мужчины.
Амиран бы не принял мое дитя. Я понимала это до боли ясно и отчетливо, не тешила себя иллюзиями. Во-первых, я всегда оставалась для этого мужчины «зверушкой», и хоть он не называл меня таким образом накануне нашего расставания, было очевидно, для серьезных отношений ему требовалась совсем другая девушка.
Зачем Палачу ребенок от какой-то шлюхи? От постельной игрушки?
Впрочем, был еще один момент. Я носила под сердцем девочку. Малышку, которой уже выбрала красивое имя. Амиран бы хотел только мальчика. Традиции его народа были таковыми, что девочек никто не ждал, все мужчины хотели заполучить именно воина, наследника для своего рода.
Но все даже к лучшему. Будь я беременна мальчиком, стоило бы опасаться того, что Амиран отберет ребенка. Риск бы реально существовал. Но девочка ему никогда не стала бы нужна. Повода для тревоги не возникало.
— Байматов получил свой личный ад, — заявил Самсонов.
Почему-то мужчина был уверен, будто сейчас Палач в ярости, пробует найти меня всеми доступными способами, прикладывает максимальные усилия, но не получает никакого успеха.
— Пускай жарится, — ухмылялся мрачно. — Пускай наслаждается персональным пеклом.
Я не спорила. Но при этом четко сознавала, Палачу плевать, а даже если и нет, то он может переживать лишь за пошатнувшийся авторитет, ведь ему нанесли удар, пусть похищена всего-то рядовая игрушка, здесь важен был сам факт.
Байматов.
Черт, я даже фамилию Палача узнала от постороннего человека, а могла бы и вовсе никогда не узнать.
На что я только надеялась? Как могла влюбиться? И в кого? В убийцу. В чудовище. Так странно складывалась моя судьба. Я бежала от Самсонова, а в итоге именно рядом с этим жестоким человеком обрела покой и ощутила себя в безопасности. Злая ирония. Точно издевка безжалостной судьбы.
Разумеется, насчет Самсонова я тоже не строила иллюзий, не питала особых надежд и старалась не обманываться. Я понимала, кто передо мной.