Автор
Я ступила в палатку-невидимку, созданную из тонких слов и сильных намерений. Внутри мир был завораживающе опасен — каждое движение подчинялось неукротимой силе адреналина. Моя решимость взмысла свирепости, будто бы окружала меня холодной льдиной, но я выждала момент и позволила себе шагнуть в этот таинственный мир любви и опасности....
А это ее. Дочка. Вот так. Ко мне она никакого отношения не имеет.
Но черт, почему у нее такой взгляд? Глаза горят. Я в них смотрю и вижу себя. И мелкая девчонка вдруг замолкает. Постепенно затихает.
Она рассматривала меня, а я ее. Долго. Пристально.
— Соня, — тихо выдал я.
Обычно чушь не запоминал, отметал сразу. А тут запомнилось. Ксюша часто ее так называла.
Соня. Сонечка.
Девочка заулыбалась. А после прищурилась, прикрыла глаза. Но я продолжал ее рассматривать. Жадно ловил каждую черту. Странно, совсем непонятно.
Я будто почувствовал взгляд. Обернулся и увидел Ксюшу."
"Она подошла к нам. На ее лице читалось беспокойство, острая тревога. Видно, она опасалась, что я причиню вред ребенку. Черт знает в чем подозревала. А может и просто не хотела, чтобы я трогал ее дочку.
— Она плакала, — коротко пояснил я.
Черт, я должен спросить. Развеять дурацкий морок.
Какой бред.
— Почему твоя дочь так похожа на меня?
Самый дебильный вопрос прозвучал.
— Потому что ты ее отец, — послышался тихий ответ.
Ксюша попробовала взять у меня мелкую девчонку, но я не спешил ее отдавать. Смотрел и точно убедиться хотел, разобраться до конца.
Похожа она. Да и не только в этом дело. Я вообще ее чувствую. Так, как никого и никогда раньше. Никакое она не отродье. Идиот. Как я мог так ребенка звать?
Дьявольщина. Разве подобное бывает?
— Я бесплоден, — выдал наконец. — У меня никогда не может быть детей. Но черт, я чую в ней родную кровь.
Ксюша молчала, а я думал. Обо всем думал. Много. Жизнь будто за секунду пронеслась.
* * *— Бесплоден? — на моих губах появилась ироничная и нервная улыбка, а ладони сами по себе сжались в кулаки. — Ты держишь на руках свою дочь и говоришь такое?
— Хочешь сказать, что она моя? — Амиран опять посмотрел на Соню. Его взгляд был не таким, как обычно и привычную жесткость сменило нечто другое, но все-таки в этот момент Палач казался мрачным и очень хмурым.
— Не хочу, а именно говорю это. Соня твоя дочь.
— Зачем?
— Что «зачем»?
— Почему ты лжешь? — вопрос был задан так, что у меня по спине скользнул холодок, но он лишь распалил злость, которая взорвалась в сердце и острыми шипами вонзилась в тело.
— Отдай мне Соню, — сказала, протягивая руки. Несколько невыносимо долгих секунд Амиран ничего не делал. Все так же держал малышку на руках и смотрел на нее, но потом, шумно выдохнув, отдал мне дочь. — Мне все равно, что ты думаешь. Не веришь мне? Отлично. Мне и на это плевать.
