Автор
Сашка упорно верит в легкость решения сложной финансовой проблемы – получения нотариального документа о наследстве. Однако атмосфера скользкая и напряженная, как будто каждый доллар вовсе не принадлежал бы собеседнику...
Ровно до того момента, пока не останавливаюсь у ресторана и не замечаю груду обуглившегося интерьера, вывесок, лопнувшего аквариума и столов. Абсолютно всё испорчено в хлам. Вокруг собралась толпа зевак – кто-то фотографирует, кто-то снимает на видео, кто-то стоит, широко раскрыв рот, наблюдая как пожарные гасят языки пламени, которые вырываются из здания наружу. Кто-то смеется, кто-то шутит, а кто-то как Юлька судорожно плачет сидя на ступенях у входа в магазин продуктов.
- Руслан! – бросается в мои объятия и начинает горько рыдать.
Я прекрасно знаю сколько сил и любви она вкладывала в ресторан – как никто другой и даже я. Поэтому молча стою и глажу её по пропахших дымом волосам наблюдая за тем, как пожарные погасив пламя скрываются за поворотом. Мне предстоит общение с полицией, заполнение бессмысленных бумажек – словно они и правда будут искать виноватого.
Зеваки уходят, остаемся только мы с Юлей. Садимся на ступеньки, Юлька достает пачку сигарет, и я прошу у нее одну несмотря на то, что давно бросил эту пагубную привычку.
Дело сейчас совершенно не в деньгах, а в том, сколько душевных сил было вложено в ресторан. Убытки считать не хочется, заходить внутрь тоже. Я достаю мобильный и набираю номер Олежека, позабыв о том, что сейчас три часа ночи и возможно он давно и мирно спит.
- Слушаю, Рус.
- Олежек, мне нужна твоя помощь.
Олег слушает меня не перебивая, а потом коротко отвечает, что понял и отключается.
- Я бы что-нибудь выпила, - произносит Юля.
- Я за рулём.
Юля скрывается в ночном магазине и выходит с бутылкой «Мартини» и соком. Протягивает сок мне, сама откупоривает алкоголь и присасывается к бутылке. Наверное, алкоголь помог бы и мне, но к сожалению, я пью только апельсиновый нектар ощущая себя гаже некуда.
Когда половина Юлькиной бутылки опустошается она начинает громко и с выражением проклинать всё и всех.
- Уроды! Твари! Скажи, Руслан, что они гребанные твари?
Я просто киваю, наблюдая за тем как восходит солнце и пьянеет мой дизайнер.
- Приехали, - глушу музыку и только сейчас замечаю, что она уснула.
Спит свернувшись в клубок и даже во сне проклинает поджигателей.
