Автор
Сашка упорно верит в легкость решения сложной финансовой проблемы – получения нотариального документа о наследстве. Однако атмосфера скользкая и напряженная, как будто каждый доллар вовсе не принадлежал бы собеседнику...
Закрываю глаза, визуализирую малышку, зову её к нам поскорее и не успеваю опомнится как очередной осмотр подтверждает мои догадки и распирающая боль в области промежности оказывается той самой отправной точкой.
- Вы в родах, Саша. Осталась самая малость – собраться с духом несмотря на покидающие Вас силы и сделать несколько финальных рывков.
Это разве самая малость, когда ты изо всех сил пытаешься родить свою малышку, но у тебя ничего не получается? Датчики пищат над ухом, доктор требует от меня безукоризненного выполнения задачи, а я понимаю, что не могу… Безвольно падаю на кровать-трансформер и нахожу взглядом взволнованные глаза Зимина.
- Ты нужна нашей дочке, не сдавайся, - твёрдый голос действует на меня отрезвляюще.
Руслан сжимает мою руку и несмотря на сильную усталость я все же вновь поднимаюсь и делаю все точно так как просит доктор – вытуживаю нашу малышку прямо в руки доктору.
Тоненький писк мгновенно проникает в уши и в самое сердце. Не глядя на малышку, я чётко понимаю, что уже люблю её – вопреки, беспрекословно, навсегда.
- Поздравляем, у вас родился замечательный мальчик, - произносит детская медсестра, которая смывает влажной тряпкой белую смазку с тела моего ребёнка.
- Стоп-стоп, это какая-то ошибка! – мне кажется, что сейчас я брежу или попала в параллельную реальность. – На всех УЗИ нам подтверждали девочку! Полину, дочку.
- Ошибки сейчас точно нет, мамочка, - улыбается медсестра и приподнимает крошечный комочек счастья, который с легкостью помещается в её руке чуть выше.
Слёзы застилают глаза, и я размыто вижу закрытые глазки, чёрные волосики, смешные плотно сжатые губки и половую принадлежность, которая конечно же отличает моего сына от девочки.
- Это мальчик, - смеюсь и плачу, поворачиваю голову к Зимину и вижу, как он неотрывно смотрит на нашего сына, улыбаясь какой-то совершенно глупой и несвойственной ему улыбкой.
- Это мальчик, я знал, - целует меня в лоб и гладит по влажным волосам.
Медсестра опускает нашего сына мне на грудь, накрывает пеленкой, и я буквально ощущаю, как в груди разрастается невидимый шар огромной всепоглощающей любви к младенцу, который крепко сжимает мой палец своей ручкой и для которого я и мой муж - целый мир. И только сейчас я понимаю, что имени для сына у меня совершенно нет."
"- Я ждала Полю, - улыбаюсь и вдыхаю запах сладкой макушки малыша. – А родила Егора.
