Автор
В глухой деревне царит традиционная религия, и Сорит как всегда отвернется, когда его поддадутся просьбам. Но эта женщина необычайно нуждается - она просит помочь одной из своих соплеменниц, которая должна участвовать в страшной жертвоприношении на следующей священной ночи. Взгляд Сорита медленно оживается, и внезапно он видит будущее, когда его помощница будет единственным шансом спасти ее товарища от мучительного смертного исхода....
"
"Белобрысый моргнул недоверчиво и уселся рядом. Пару минут тишину разбавляло только его чавканье. Меня невольно передернуло: в соре за такое живо бы по губам надавали.
Так, Береника, стоп! Неужто так трудно к свободе привыкнуть?
— Откуда они у тебя? — Странно, но съел он только один. А вот кулек возвращать не торопился… — У старой Гернлы так просто не стащишь.
— А я талантливая, — отговорилась, хоть и не слишком убедительно.
Мальчишка уж точно не поверил. Но приставать с вопросами больше не стал, за что ему огромная благодарность.
— Заметно, — и протянул мне не слишком чистую ладонь. — Алерик. Для друзей — Алик, для близких — Аль.
Руку я пожала, даже неловко улыбнулась в ответ. Получилось криво и как-то тускло (это вам не фальшивые улыбки раздаривать!), ну да ничего. Все придет с практикой.
— Береника. — Голубые глаза напротив удивленно сверкнули. Знаю, имя редкое, иноземное, ни к кому из знаменитых последовательниц Солнечной не относящееся. Вот только кого благодарить за такой подарок, понятия не имею.
Алик (это я себя к друзьям причислила) кивнул понимающе, схватил меня за руку и куда-то потащил. Ориентироваться в чужом городе в кромешной темноте было затруднительно, так что я рискнула довериться провожатому. Сразу видно, не злой он. Мне есть с кем сравнивать, ага.
Шли долго и постепенно, чтоб не так скучно было, разговорились. Вообще-то после бессонной ночи и полного страхов дня меня изливать душу как-то не тянуло, поэтому инициативу перехватил Алик и стал рассказывать о себе.
Жили они с матерью и маленькой сестренкой почти у самой окраины и после смерти отца откровенно нищенствовали. Сам мальчишка помогал семье, как мог: то к мельнику, то к пекарю в подмастерья пристроится. Еще купцам на ярмарке товары тяжелые таскать помогал. Но это все так, ерунда.
— Ты представляешь, меня сам Однорукий Лун учеником взял! — Мальчишку распирало от гордости.
Меня же больше заботило, как бы не споткнуться да шею себе в темноте не свернуть.
— Надеюсь, прежде он рассказал тебе, как именно стал одноруким? — поинтересовалась с ехидцей. Нашел, чем гордиться, право слово! — И о возможности очень скоро пойти по его стопам предупредил?
Нет, я, конечно, тоже не паинька. Сама только вчера золото из соры свистнула.
