Помочь, что ли?
Повинуясь собственному нетерпению, я уже приметила подходящий камень, должный помочь мне оживить хотя бы одну из двух новоявленных статуй. Но он не понадобился. Кузнец тряхнул светлой шевелюрой, как бы сбрасывая наваждение. Его лицо приобрело привычное спокойное выражение.
— Эта милая девушка — ваша дочь? Твоя и Вирана?
Бриалина тоже ожила, покачала головой и состроила невозмутимую моську. Мол, я тебя, конечно, боюсь, но все равно на всякий случай покусаю.
— Да лучше я с самим Сумрачным общих отпрысков заведу, чем с этим мерзавцем! — Мне показалось или Игнат и правда удовлетворенно хмыкнул? — Береника — моя воспитанница и ученица.
— Так вы больше не вместе? — В ожидании ответа мужчина слегка подался вперед, но войти в незапертую калитку не решился. И правильно, не было ему на то позволения.
— И давно, — фыркнула наставница и непримиримо скрестила руки на груди. — И нечего здесь лыбиться, и без того тошно! Удовлетворил свое любопытство? Теперь топай радоваться в другое место!
Подозрительно довольный кузнец (задумал что-то, не иначе) спорить не стал.
— Как скажешь, Бриалина. До новых встреч…
С этими словами он развернулся и зашагал в направлении Ужевки.
— Стой! — опомнилась колдунья. — И подарок свой забери!
Игнат послушно замер. Обернулся.
— С удовольствием, дорогая. — В голосе слышалась откровенная насмешка. — Может быть, наберешься храбрости и сама мне его вынесешь?
Энтузиазма у Бриалины сразу как-то поубавилось. Покидать защищенную многочисленными заклинаниями территорию было боязно.
А светловолосый нахал знай себе улыбается! Точно мысли ее прочитал.
Тут уж я не смогла не возмутиться против откровенного грабежа:
— Эй, вы, двое! Руки прочь от моего подарка!
Глава 6
Утром было непривычно тихо. Я проснулась на рассвете и долго еще вглядывалась в серую пелену за окном, не решаясь выбраться из-под теплого одеяла. За стеной уютно трещала печка, рядом мирно сопел бес. Все как всегда.
И в то же время чего-то не хватает.
Встрепенулась, наморщила лоб и прислушалась к себе. Ну же, ну же… Нет, пламя на месте, горит по-прежнему. И хрупкая незримая ниточка, связывающая нас с Марлексом, никуда не исчезла. Вот только на другом ее конце холодно…
Я зажала ладонью рот, чтобы не вскрикнуть. Нет, не может этого быть! Не могло с дасхом ничего случиться. Скорее всего он просто закрылся от меня. И почему от этого не легче? Ну милый! Поймаю — точно крылья пообрываю. Даже на то, что они неосязаемые, не посмотрю."
"Только самоутешения не помогли, настроение скатилось куда-то в область подвала. Еще и внутренний огонь точно взбесился. Что-то внутри, живое и очень голодное, рвалось на волю, к нему. Вот ведь бревно крылатое!
Чувство было такое, будто меня предали.