Автор
В глухой деревне царит традиционная религия, и Сорит как всегда отвернется, когда его поддадутся просьбам. Но эта женщина необычайно нуждается - она просит помочь одной из своих соплеменниц, которая должна участвовать в страшной жертвоприношении на следующей священной ночи. Взгляд Сорита медленно оживается, и внезапно он видит будущее, когда его помощница будет единственным шансом спасти ее товарища от мучительного смертного исхода....
Я тихо всхлипнула, обвела взглядом оплавленные камни, женщину, лежащую у моих ног, и сама стала медленно оседать на пол. Выплеск силы настолько вымотал, что даже боли не чувствовала. Лишь бесконечную слабость и липкую кровь на зажимающей рану руке.
Горячего пола я так и не достигла, потонув в желтоватом мареве очередного перехода…
Проснулась от того, что мне тепло. И ни капельки не больно! Хотя должно бы. Может, я уже… того?
Устроила голову на подушке поудобнее и прислушалась к ощущениям. Да нет, вроде живая.
Ну-ка, ну-ка…
Поерзала чуток для храбрости и разлепила глаза. Чтобы в очередной раз усомниться в своей живучести.
Комната незнакомая, золотистая. Огромная кровать, на ней возлежу я. А рядом на высоком стуле со спинкой устроился незнакомый мужик и водит чуть подрагивающими руками над моим обнаженным животом, почти не касаясь кожи.
Вот не хватало только нарваться на очередного Кузнеца. Мало ли их таких? Сперва подлечат, зубки заговорят — и вперед, к новым неприятностям.
— Рад, что тебе полегчало. — Голос у него оказался на диво приятный, хрипловатый, но негрубый. — Полежи спокойно, пока я не закончу. Тут совсем немного осталось. Ладно?
Капризничать я не стала и послушно замерла. Еще раз мазнула косым взглядом по комнате, в глазах тут же защипало от обилия позолоты.
Точь-в-точь такие же я видела в подземелье, когда у меня крышу сорвало. Хм. Интересное наблюдение…
— Ты — савис! — выдала я родившуюся в мозгу догадку, напрочь забыв и о вежливости, и о необходимости лежать неподвижно. — А я думала, вы вымерли…
Хотя с чего бы это? Дасхи вон существуют себе спокойно.
Опять в моей бедной голове легенды с россказнями Марлекса перепутались!
— Клемент. Как видишь, я не вымер, — лукаво улыбнулся мужчина и принялся отряхивать руки. В стороны тут же разлетелись золотистые искорки. Кажется, лечение закончено. — А благодаря мне и ты тоже.
Забралась под лежащее рядом одеяло и сразу же почувствовала себя уютнее. От верхней части дорожного костюма не осталось даже обгоревших воспоминаний.
