Автор
В глухой деревне царит традиционная религия, и Сорит как всегда отвернется, когда его поддадутся просьбам. Но эта женщина необычайно нуждается - она просит помочь одной из своих соплеменниц, которая должна участвовать в страшной жертвоприношении на следующей священной ночи. Взгляд Сорита медленно оживается, и внезапно он видит будущее, когда его помощница будет единственным шансом спасти ее товарища от мучительного смертного исхода....
«Расслабься и получай удовольствие», — ментально хохотнул дасх. И меня безвольной куклой швырнуло прямо в лапы подозрительному зверю колдовской наружности.
Инстинкт самосохранения мигом определил нечисть, взвыл на самой высокой ноте и, дабы не быть свидетелем творящегося смертоубийства, хлопнулся в обморок. Счастливый. Как жаль, что я не могу сделать того же…"
"Когти тоже оказались самые что ни на есть настоящие! Только какие-то уж слишком белые… Это я смогла разглядеть, когда с неожиданной ловкостью сгруппировалась и приземлилась перед самым носом обалдевшего от такой наглости волка.
Потусторонний зверь коротко рыкнул и метнулся вперед. Я (то есть не совсем я) тоже на месте не сидела… Чувствую, завтра мышцы жестоко отомстят нерадивой хозяйке за такие кульбиты! Чудом увернулась, выдохнула и стремительно отлетела влево.
В этот раз меня все же задело.
И тут все замерло.
Мы с Магдерией смерили друг друга подозрительными взглядами.
— Как так? — ошарашенно вопрошала женщина, творя руками неведомые мне пассы.
Бессмысленно.
Я пожала плечами и тут же тихо охнула.
Наконец до Магдерии дошла простая истина: ее потусторонний помощник склеиваться по песчинке и делать за мерзавку всю грязную работу не собирается. Иногда надо и самой белыми ручками пошевелить! Что колдунья и сделала, выхватив узорчатый клинок черненого серебра и рванувшись ко мне.
Но до цели, как водится, не добралась. И с каких это пор я такая везучая стала?
— Не надо лишних движений, — с обманчивой мягкостью в голосе (уж я-то знаю!) предупредил дасх, приземляясь аккурат между нами.
Соперница бешено сверкнула глазами и открыла было рот, но… опять не свезло. Высказаться ей не дали. Впрочем, когда это Сумрачный слушал ближнего своего? Всполох темного огня, металлический росчерк — и Магдерия падает наземь, тщетно пытаясь зажать зияющую рану в горле.
— Балош…
С мелодичным треньканьем рухнул контур, и слух заполнился голосами.
