История начинается с броска Игната Даниловича Щеглова через окно своего коттеджа. В этот момент времени, 6 января 2513 по ЕГК, он стремится добраться до своей убежища как можно скорее. Камера наблюдения зафиксировала это единоличное движение — распахивание входной створки андроида, отражающее быстроту и решимость главного героя в бегстве....
На самом деле это решение было принято значительно раньше, но мы с Олей добросовестно изобразили и благодарность, и радость, и облегчение, а Света, принявшая этот спектакль за чистую монету, захвалила подругу семьи добросовестнее некуда. Правда, ни комплименты, ни объятия, ни поцелуи в щечки исполняющую обязанности Цербера не смягчили: стоило нам выехать за КПП, как Кукла прервала монолог моей благоверной и дала три минуты на «отключение».
— Ну, ты и вредина!!! — «восхитилась» мелкая.
— Зато не езжу по ушам, как твой Паша!
— Паша… хм… монстр: провожая нас до Стрежевого, не закрыл рот ни на мгновение.
— А я сейчас отобью все желание продолжать бодрствовать! — пригрозило мое личное наказание, и страдалица дисциплинированно затихла.
Не знаю, как другие, а я вырубился чуть ли не раньше, чем внедорожник вырулил на трассу, и продрых до последнего отстойника для дальнобойщиков перед Стрежевым.
— Игнат, я засекла стороннее наблюдение через дорожные камеры. В том, что ведут именно нас, уже не сомневаюсь. А интересанта пока не нашла. Знаю только, что это не спецотдел: ребятишки Ляпишева «сидят» на отслеживании координат наших телефонов, а тут — телодвижения классом ниже.
Я, естественно, неслабо загрузился. И всю оставшуюся часть пути ждал сюрпризов. Но все обошлось — мы доехали до стоянки рядом с пристанью без каких-либо проблем, припарковались на том же самом месте и с интересом оглядели народ, начавший выбираться из знакомого «Урала» и старенького «Краба».
В том, что это либо бывшие, либо действующие вояки, не было никаких сомнений: все шестеро мужчин из «свиты» Феоктистова были поджарыми, пластичными, резкими, привычно контролировали все и вся, носили короткие стрижки, и… под прозрением«светились», как Рынды, причем либо вошедшие в силу, либо вплотную приблизившиеся к переходу в Гридни.
