В заброшенном дворе Беренштрассы скрываются неизвестные тайны. Двое суток под пристальным наблюдением жилплощадь на Бранденбургских воротах оказалась открытием для полиции, и каждый постучавшийся в дверь стал предметом внимания.
– Девушка заулыбалась. – Это слово доступно всем, товарищ майор. Надежда.
– Самое лучшее слово, – заявил Влад. – А вы до которого часа сегодня работаете, Надя?
– Я тоже хотела спросить: что ваш товарищ так усердно прятал от меня за спиной? Я не должна идти проверять?
– Ни в коем случае, – проговорил Влад.
– Очень заманчиво, – сказала девушка. – Но я знаю, что это кино идет без перевода, оно снято на немецком языке. Мы ничего не поймем.
– Я знаю немецкий, буду вам на ухо переводить.
– Вы просто искуситель, товарищ майор. Как тут устоять? А что по этому поводу скажет ваша жена? – Медсестра с любопытством склонила голову.
– Вот, ей-богу, не женат, – поклялся Влад. – Понимаю, что все так говорят, но можете поверить. Слово майора-артиллериста.
– Хорошо, давайте рискнем, товарищ майор-артиллерист.
– Тогда я возвращаюсь к первоначальному вопросу, оставшемуся без ответа.
– Смена до шести, – сказала медсестра и улыбнулась.
– Ответ принимается. Тогда я подойду, если не возражаете. В шесть часов вечера после войны."
