Поезд на Берлин отходил ранним утром со станции Белорусского вокзала. Вокруг — тихий скандинавский город, где каждая зебра и каждом окошке прячется история. Самым запоминающимся был вагон, направляющий пассажиров до Парижа, но он не делил внимание от путешественников на Берлин....
Ведь в том мире, где он правил, не принято было так высоко задирать нос. Каждый знал свое место, каждый имел право на свою нишу. И не более того. Выход за рамки дозволенного жестоко карался и не дозволялся никому, даже такому авторитетному человеку, как Георгий Цверава.
Глава 19
Дронго осторожно положил жвачку в карман и нащупал пистолет. Повернул голову к Айвазу:
— Это ты добивал Чечулина?
— Да, — кивнул Айваз, — и Руслана тоже я задушил проводом.
— Правильно, — негромко сказал Дронго, — я так и думал.
Он выстрелил, даже не поменяв позы, и попал сидевшему рядом Айвазу прямо в бок.
Дронго достал свой телефон и набрал номер комиссара Реннера.
— Это я, — устало сказал он.
— Куда вы исчезли? — закричал комиссар. — Мы не можем вас найти!
— И не найдете. — Дронго посмотрел на лежавшего рядом Мариуша-Айваза и вышел из салона автомобиля.
— Мы сейчас приедем, — пообещал комиссар, — будьте осторожны. Они очень опасные люди. Как вы смогли их обезвредить? Один и без оружия?
— Я вам расскажу, когда приедете, — пообещал Дронго. — Только мне кажется, что Мариуша вы допросить уже не сможете. А вот с Кристиной все в порядке. Я думаю, она будет с вами еще лет двести, никак не меньше."
"— Они назвали вам имя человека, который им помогал? — спросил комиссар.
— Не назвали, — ответил Дронго, — но мне оно уже было известно.
Он взглянул на машину, стоявшую у него за спиной, и поморщился. Убийцы вызывали у него омерзение.
Через пятнадцать минут начали прибывать автомобили городской полиции. Казалось, сюда направили сразу все машины полицейского управления.
