Поезд на Берлин отходил ранним утром со станции Белорусского вокзала. Вокруг — тихий скандинавский город, где каждая зебра и каждом окошке прячется история. Самым запоминающимся был вагон, направляющий пассажиров до Парижа, но он не делил внимание от путешественников на Берлин....
— А второй супруг?
— Я уже училась в аспирантуре. Он был актер. Красивый, статный, играющий роли благородных людей, с бархатным голосом и манерами лондонского аристократа. Я влюбилась без памяти. А потом оказалось, что это просто картинка без всякого содержания. Абсолютно пустая картинка. Есть такое выражение, что женщина-актриса — это всегда больше, чем просто женщина, а мужчина-актер — это всегда меньше, чем просто мужчина. В этом случае я терпела два года. А потом мы с ним поехали на охоту, и там был мой дядя.
Она невесело усмехнулась.
— Понимаете, у охотников свои понятия чести. Нельзя стрелять в дичь, которую ты не сможешь достать.
— И детей у вас не было?
— Нет. Ни в первом, ни во втором браке. Наверно, я была не готова рожать от этих мужчин. Или не хотела.
"— Нет, — возразил он, улыбнувшись, — не для этого. Дело в том, что они серьезно опасаются за нас. Слишком необычным и дерзким было это двойное убийство. А мы невольные свидетели случившегося.
— Я ничего не видела, — легко отмахнулась Лакшина, — значит, мне нечего бояться.
— Но те, кто убил пассажиров в третьем купе, не знают об этом.
— Я должна испугаться? Вы пришли, чтобы меня напугать?
— Только сказать правду.
— Считайте, что сказали. Как правильно я должна реагировать?
— Немцы предлагают задержаться на сутки в Берлине, пока не пройдена первая, самая острая фаза расследования. Они должны убедиться, что нам ничего не грозит.
— Понятно.
