Автор
В тени старой ратуши жара погружала мир в оранжевый ад. В коридоре стучал сердце Лили, а вокруг мерцали лампы, словно живые глаза, наблюдая за ней. Невозможная тропический зной давил на нее, как невероятно густой пар, поднимавшийся из земли.
Если бы не шум толпы над нами на стадионе, то воцарилась бы такая тишина, что можно было бы услышать шелест крыльев летящий мухи. И вдруг, вложив свой шлем мне в руки, Беланже сорвался с места.
– Бланж, стой, я ведь могу ошибаться, – крикнула я ему вслед, но было слишком поздно. За эти недели я уже успела понять, что его от других людей отличало не только непомерное самомнение и жуткий дух соревновательности, но и безрассудство.
– Ты спятил?! – раздался голос из коридора.
– Вот и я хочу знать ответ на этот вопрос! – Бланж толкнул Дэма в грудь.
– Эй, вы чего? – вскрикнула Лил, кинувшись к ним.
– Стоп, стоп. Не здесь, – вмешался Каc, оттягивая обоих назад. – На нас люди смотрят.
– Прекратите! – уже Лили.
– Лилиан, уйди!
– Бланж! – Крикнул Кас, но тот даже не повернулся. – Вернитесь обратно! – И, затолкав всех в раздевалку, Кас захлопнул дверь.
Я ничего толком не видела из-за плеч и спин и, только когда парней растащили, разглядела картину целиком. Дэмьен полулежал на бетонном полу – безумный, всклоченный. Его лицо было разбито и перекошено. Бланж возвышался над ним, ухватив его за ворот джерси. Кас перехватил его руку, вцепившись в нее своей.
– Бланж, стой, дай ему объяснить.
– Пусть попробует.
Теперь я видела, что он разозлен настолько, что едва огнем не пылал. А угрозы в его взгляде было столько, что каждый из стоящих в этой комнате не решился бы не то что приблизиться – даже слово ему сказать.
– Прости, я не… Я просто хотел как лучше…
– И ты смеешь еще говорить «прости»? Ты знаешь, что полагается сделать по правилам?
Реми Беланже исчез. Теперь перед ним стоял тот самый парень, о котором мне говорили: «безжалостный в гневе», ведь именно так переводилась его фамилия: «прекрасный гнев».
– Какие, в задницу, правила, Бланж?! – выкрикнул он. – Ты победил. Что тебе еще нужно?
– А ты сам тут же переместился на третье место. А может, даже и на второе, если Марс не оклемается. На то и был расчет?
Все вокруг молчали. А мне от одного его голоса в тишине хотелось закрыть уши и зажмуриться.
