Автор
Я здесь, точно так же брошенный и беспримерно заскучавший за окном, когда мир вокруг рушится под тяжестью вечности и будней. Словно провал моей жизни уносит меня в бездну размышлений о вечности, но не дает уснуть. Как ребёнок я мечтал только о сне,而现在我渴望忘记一切，就像童年时那样，只为了暂时忘却。...
Не было тогда никакого снотворного, она дала Игорю таблетку пустырника… Потом был уже мой смех, истерический или нет, не знаю, а еще был жуткий стыд за то, что хотела сделать с ее глазами."
"Вот с того памятного дня она и занялась моей головой. В случае Игоря его вырубило не от «снотворного», а от того, что он отпустил себя, приняв решение. Кстати, решение касалось непосредственно меня. В моем же случае пустышка не поможет, каким громким словом ее не назови. Я не примирилась со своей совестью от слова ""совсем"".
— Олеся, я не люблю помидоры с отрезанными ногтями. Достаточно посыпать их солью. А ногти лучше оставь при себе.
Если бы не женский голос, эту речь я однозначно приписала бы моему Бессонову. Вообще я поняла, что Лена и Игорь чем-то похожи.
— Я это учту, — перевожу взгляд от Игоря на свои руки и продолжаю нарезать овощи, изредка посматривая на Лену.
— Ну что, Олеся? Жги.
— Чего сразу жги.
— Ну спрашивай, сути не меняет. По глазам вижу, хочешь. Только за ногтями следи, а то они будут хрустеть на зубах.
— А как ты спишь со своим мужем? — игнорирую ее стенания про ногти и задаю вопрос, который совершенно случайно вылетает из моего рта.
— Во-первых, высокий, — усмехается Лена. — Во-вторых, нормальный он. Не всем же быть дрыщами как Игорь. В-третьих, прекрасно спим, у нас кровать большая, места хватает.
— Ну я вообще не об этом. А Игорь не дрыщ, а стройный.
— Давай не будем мериться пиписьками. Тем более ты явно хотела задать другой вопрос. Давай уже, Олесь. Скоро за стол.
