Автор
Я здесь, точно так же брошенный и беспримерно заскучавший за окном, когда мир вокруг рушится под тяжестью вечности и будней. Словно провал моей жизни уносит меня в бездну размышлений о вечности, но не дает уснуть. Как ребёнок я мечтал только о сне,而现在我渴望忘记一切，就像童年时那样，只为了暂时忘却。...
— Игорь, а чего ты такой хороший сегодня? — интересуется Елена, обнимая в ответ своего муженька.
— Только что дососал леденец из глицина. Вот еще не отпустило.
На удивление мой ответ Лена оставляет без привычного для нее сарказма и с улыбкой на лице, вместе с Олесей забирает шашлык. Выгнать бы этих товарищей сейчас куда подальше. Завалиться бы на плед вместе с Олесей, так нет же, надо терпеть…
Глава 59
— Игорь, ты что делаешь?! — как только я касаюсь Олесиного обнаженного бедра, она одергивает мою руку.
— А на что это похоже? — подталкиваю ее спиной к дереву и, не дав опомниться, накрываю ее губы своими.
Сначала неохотно, но Олеся все же включается в поцелуй, закидывая руки мне на шею. Но как только я снова приподнимаю подол ее платья, она вновь одергивает мою руку.
— Я тебя не для этого позвала! — возмущенно выдает она.
— Да что ты говоришь? А для чего?
— Чтобы ты постоял за деревьями, пока я писаю. Лес все-таки.
— Зашибись. Окей, мочись и поехали домой. Задрали эти товарищи, я хочу совершенно другого.
— Это некрасиво.
— Некрасиво звать меня в лес, подмигивая глазами, при этом улыбаясь, а потом говорить, что ты хочешь писать.
— Ну, прости, я и так терпела долго. Не хочу, чтобы мой мочевой пузырь лопнул.
— Ты удивишься, я тоже этого не хочу. Иди давай.
— Только не уходи далеко, хорошо?
— Да тут я, тут. Иди уже, — шлепаю ее легонько по заднице, на что Олеся хихикает и вприпрыжку бежит к ближайшим кустам. Романтика, блин.
Через считанные секунды возвращается с улыбкой на лице, закидывает руки мне на шею и начинает покрывать мое лицо поцелуями.
— Ты чего?
— Ничего. Просто хорошо так сейчас.
— Ну, конечно, хорошо, проверено на себе. Я тоже счастливый, после того как облегчусь.
— Ну, Игорь! — замахивается рукой мне в плечо, но в ответ сама же и улыбается. — Я тебя все равно люблю, Бессонов, очень-очень. Жуть как люблю.
— Ну еще б ты меня не любила.
— Вообще-то ты должен был ответить «я тебя тоже» или что-то в этом духе!
— Что-то в этом духе я говорил на той неделе, а ты молчала.
— Ты нормальный вообще? — толкает меня в грудь, от чего я невольно пошатываюсь, но мне вдруг становится смешно от Олесиной реакции.
— Дурацкий вопрос-интересоваться моей нормальностью, не находишь? — Олеся снова замахивается на меня рукой, но я перехватываю ее ладонь и прижимаю к своей груди. — А вообще, нормальность нас обоих под вопросом.
