Автор
Весело летит беседка Славы — бес в игре, где каждый шаг решает исход боя. Вырываюсь к воротам полей с ускорением и осознание: удаление меняет не только личность, но и весь командный дух. Команда становится агрессивной — и здесь бес не просто играет на прочность, но рискует своей жизнью. В этой книге ты будешь сопровождать диких бойцов по полям турнира, где каждый шаг — это жизнь или смерть в жестоком мире боевых искусств....
Ко мне подходили люди – я вежливо кивал, думая, что среди них есть эта тварь, забравшая у меня отца.
Сашка, Катрин и Ильдар держались вместе. Да и друг за друга. Тоже в солнечных очках, но что-то мне подсказывало, что за ними они прятали не печаль. Да, они знали моего отца, может, даже уважали... Но эта трагедия – только моя трагедия. Все остальные здесь потому, что так надо, а не потому, что они скорбят."
"Поминальный стол накрыли в ресторане. В пафосном, дорогом. Темные скатерти, зашторенные окна, напыщенно грустные выражения лиц обслуживающего персонала, большой портрет отца с черной лентой.
Я один, среди этих людей. Больше никого. Родного и близкого.
А ведь мы с отцом только наладили отношения, только начали понимать друг друга. Столько лет задарма, столько лет я не хотел с ним нормально общаться... Почему, твою мать, это произошло именно сейчас?
Есть причина.
Я уже неделю сижу безвылазно в его офисе, в маленьком кабинете, пока рабочие занимаются ремонтом после взрыва. Просматриваю отчеты за последнее время, изучаю всех партнеров, тщательно изучаю все текущие сделки и литрами глотаю кофе. Иногда с коньяком, но без фанатизма. Отпился за несколько дней.
Фитнес-центрами пока занимается Илья, а я только иногда заезжаю, чтобы подписать документы.
Дома почти не появляюсь, но все жду, когда Марина додумается собрать свои шмотки и свалить. Квартира у нее есть, но она упорно продолжает со скорбной миной сидеть в доме. Я даже пару раз оставался ночевать в офисе, на неудобном маленьком диване, после сна на котором невыносимо болела спина.
Так проходит вторая неделя, третья… А я все ищу что-то.
На четвертой неделе начинаю увольнять людей. Тех, которые меня смущают, вызывают подозрение. По фирме прокатывается волна, что я неадекватный. Те, которые продолжают работать, боятся. А мне только на руку, пусть уважают так, через страх. Потом ему на смену придет другое уважение.
