Автор
Весело летит беседка Славы — бес в игре, где каждый шаг решает исход боя. Вырываюсь к воротам полей с ускорением и осознание: удаление меняет не только личность, но и весь командный дух. Команда становится агрессивной — и здесь бес не просто играет на прочность, но рискует своей жизнью. В этой книге ты будешь сопровождать диких бойцов по полям турнира, где каждый шаг — это жизнь или смерть в жестоком мире боевых искусств....
Он же не знает, что у него есть ребенок.
Стоит рассказать или нет? Он имеет право знать? А нужно ли ему это?
Да и как я это сделаю?
""Матвей Георгиевич, у вас есть дочь"", – так? И что я услышу в ответ? Наверно что-то очень неприятное для ушей.
В конце концов, решение оставить ребенка приняла я. Могла этого не делать. Могла тогда выпить бабушкину настойку. Но я родила в муках голубоглазую девочку... Да уж, глаза у нее точно такие же, как и у отца.
Нет. Это теперь только мое бремя, мой крест. Хоть так и нельзя говорить о детях.
Марта – мой ребенок. Мой и бабушкин. Не нужен нам никто. Сами справимся."
"Мне сейчас так плохо, как не было даже в беременность. Голова кружится, в обморок падаю, а тот, кого я так ненавидела, отнес меня на диван, побеспокоился о здоровье. Не выгнал за порог, предложил самой определиться – оставаться мне или нет.
И я должна справиться. Должна отодвинуть свои эмоции на задний план. Время прошло, подлечило. Надо смириться. Это всего лишь работа. И, повторюсь, она мне нужна.
Домываю посуду, убираю ее в шкаф. Все, можно уходить. Рабочий день закончился.
Выхожу с кухни и тихо иду в сторону гостиной. Матвей Георгиевич сидит в своем излюбленном кресле у неработающего камина. Вид задумчивый.
– Я все, – подаю я голос, стараясь говорить четко и громко. – Могу идти?
– Подойди, – велит он, и я слушаюсь. Подхожу. Матвей Георгиевич кивает на стеклянный стол, на котором лежат деньги.
– Есть какие-то предпочтения? – спрашиваю я.
– Мне все равно. Главное, чтоб съедобно и сытно. Если еще и полезно, то вообще замечательно.
Киваю и забираю деньги.
– До свидания.
– Тебе Фаина сказала, что здесь есть комната?
– Да.
– Можешь оставаться, даже поселиться здесь, чтобы не пришлось платить за съем квартиры.
Я слушаю и не верю своим ушам. Может, я все-таки ошиблась? Может, это не он? Не вяжется у меня образ того парня из парка с образом человека, который сидит сейчас передо мной.
– Матвей Георгиевич, спасибо. Но я с осени планирую начать учиться, а оттуда, где я сейчас живу, удобнее добираться до колледжа. И не волнуйтесь, на работу это никак не повлияет, если я к тому времени еще останусь здесь.
Он поворачивает голову в мою сторону и пристально сканирует своими голубыми глазами. Да так, что в дрожь бросает. Нет, все-таки он.
