Еще мгновение – и он уже несся по технической палубе в сторону эвакуационного отсека.
Ему казалось, что он слышит ее. Не голос, нет, и даже не дыхание. Слышит стук ее сердца. И именно этот стук пульсирует в его голове как маячок. Он указывает ему, где она.
Все ближе и ближе.
Коридор, похожий на гофрированную металлическую трубу с диаметром в три человеческих роста, упирался в овальную герметичную дверь. Рядом отчаянно сигналил красно-оранжевыми огнями сенсор замка.
Дверь заставила Сингха притормозить. Он ударил ладонью по сенсору.
Замер, тяжело дыша, ожидая, пока вход начнет открываться. Вскрыть эвакуационный отсек так же как лифт было намного сложнее.
Но замок и не думал ему подчиняться.
Нетерпеливо зарычав, Сингх еще раз, уже аккуратнее, приложил ладонь к фотоэлементу. Но скретч-ключ, вшитый в средний палец, по-прежнему не сработал.
Она была там! За дверью! Он слышал стук ее сердца. Он мог бы поклясться, что чувствует ее запах.
Так близко. Практически рядом. Казалось, протяни руку – и коснешься ее.
И в то же время так далеко. За этой гребаной дверью!
Он напрягся, вслушиваясь в знакомые звуки.
Кто-то с той стороны активировал систему эвакуации.
Инстинктивно втянул носом, чувствуя запах еще одного существа. Знакомый такой… привычный…"
"– Шил-л-ла! – заревел, бросаясь на двери. – Сука! Открой!
Тело Сингха прошила крупная дрожь.
Он услышал, как щелкнули фиксаторы, удерживающие спасательный челнок на весу. Капсула встала в пусковую шахту. Сейчас беглянки заберутся в нее, система задраит вход, проверит жизнеобеспечение и начнет обратный отсчет.
А потом автоматика вытолкнет капсулу через шлюз в отрытый космос.
У спасательных капсул нет собственного управления. Но они оснащены автопилотом, у которого только одно задание: привести капсулу к ближайшей кислородосодержащей планете.
Этера!
Эта мысль вспыхнула алым пламенем в его голове.
Вот почему невидимый враг так упорно гнал «Ратамансу» в сторону Тассаркта. Этера – единственная подходящая планета в этом квадранте.
Аркхая охватила безумная ярость. Ударила в голову кровавым туманом, ослепила, оглушила, заслонила весь свет выжигающим нутро белым маревом.
Тугая пружина внутри него распрямилась, выстрелила, взорвалась, выпуская на волю невообразимую силу. Ослепительно-белый огонь сорвался с его ладоней. Опалил заблокированную дверь по периметру, и металл на стыках потек вниз, как расплавленный воск.
Воздух наполнился едким, удушливым дымом.
