Только зря ты его за яйца хватала. Не будет он тебе помогать в институт поступать…
– Да пошел он!
– Отлично, девочка, так держать! Ты быстро всему учишься.
– Чему всему?
Маша не ответила. Зазвонил сотовый телефон:
– Да…
Дорога идеально ровная, хорошее покрытие – шелест шин едва уловим. Почти не слышно, как работает мотор. И слух у Лады отличный. Она слышала, о чем говорит человек на том конце провода.
– Ну как? – спросил незнакомый мужской голос.
– Все о’кей!
Машино лицо ничего не выражало.
– Сколько взяла?
– Пять.
– Значит, товар был без брака?
– А ты сомневался?
– Я всегда знал, что ты у меня умница. Когда мою долю привезешь?
– Завтра.
– Ну, завтра так завтра. А сейчас куда?
– Домой.
– С ней?
– Да.
– Ну, отдыхай, если с ней… А может, ко мне подъедешь? Вместе с ней. У нас тут компания. Повеселите нас.
– На всю ночь?
– Ну да.
– Не расплатишься.
– Сколько?
– Шесть.
– А если со скидкой?
– У нас не рождественская распродажа.
– А не дорого? Вряд ли твоя девочка стоит столько же, сколько и ты. Вряд ли она умеет так попкой работать …
– Не умеет. И учиться не хочет.
– Жалко.
– Жалко у пчелки. Ну все, давай, до завтра.
Маша спрятала телефон.
– С работы звонили, – пояснила она.
– У тебя же сегодня выходной, – усмехнулась Лада.
– Примерно то же самое я им и сказала.
От нее веяло холодком. Такое ощущение, будто Лада ей больше не нужна. А ведь это соответствует действительности.
– А Борис Анатольевич, он кто? – как бы невзначай спросила Лада.
– Как кто? Доцент, начальник приемной комиссии.
– Значит, он меня сегодня на комиссию брал? Экзамен принимал, девственница я или нет. Он что, большой любитель невинных девочек?
– Я не поняла, о чем ты? – возмущенно глянула на нее Маша.
– Ты все прекрасно поняла, – в голосе Лады звучал неприкрытый сарказм. – Почем нынче девственницы? По пять тысяч за человеко-единицу?
Маша разволновалась. Затормозила, припарковала машину к обочине.
– Ты все слышала? – бледнея, спросила она. И сама же себе ответила: – Да, ты все слышала…
– Значит, ты получила за меня пять тысяч?
– Пять тысяч, – не стала отрицать она. – Пять тысяч долларов. Что, много?
– Да нет, мало. Очень мало. Какая же ты дрянь!
– Тебе нужны были деньги на обратный билет. Я тебе их дала. И у меня ты жила. Сколько я на тебя времени потратила. И денег, само собой. А за все, милая, надо платить!
Ее циничность коробила.
– Я и у брата твоего жила. Это обошлось мне в пятнадцать тысяч долларов. Дорого же стоит ваше гостеприимство. Только не говори, что вы с ним не заодно! Это он тебе звонил?
– Нет. Это звонил мой сутенер. Это он клиента для тебя нашел.
– Твой сутенер?!
– Да, ты правильно думаешь.