Подъем, слоняка! Рев баса отрывисто прервал спокойствие ночи. Удар кирзача по пятке был ощутим – сапоги оказались недостаточно защитой. Алик выскочил из комнаты, несущий в руках хрупкого пожилого человека, которого он считал "дедом". Взвизгнувший от страха подопечный немедленно понял, что произошло непростое явление....
– Потому что сам не знаю почему.
Объяснение он нашел, когда машины остановились возле небольшого ресторанчика на девятом километре Казанского шоссе. Над входной дверью светилась вывеска «Двое».
– Нас двое, – сказал он. – Ты и я…
Лада улыбнулась и подалась к нему, когда он взял ее за руку.
В небольшом уютном зале ресторана никого. Посетителей нет и сегодня уже не будет. Это место в полном их распоряжении. Только Родион и Лада, только он и она.
Родион остался с ней наедине. И не только потому, что ему так нравилось.
Зря он подумал о покойной жене. Настроение испортилось. Родион помрачнел. И в голову полезли мрачные мысли.
Зато у Лады настроение на высоте, радостная улыбка не сходит с ее красивых губ. Она радовалась, шутила, рассказывала какие-то истории из своей жизни. Про Алика, про Кешу – молчок. За это он был ей благодарен. Родион улыбался ей в ответ, иногда вставлял слово.
Лада дегустировала шампанское, восхищалась подаваемыми блюдами. Ей было хорошо, весело. Но в один прекрасный момент она вдруг загрустила, в глазах появилась тоска.
– Я хочу домой, – сказала она.
Родион кивнул. Поднялся из-за стола, подал ей руку. Угодливый официант, он же швейцар, распахнул перед ними дверь. Они сели в машину, поехали обратно в город. На переднем сиденье рядом с водителем верный Леньчик.
Лада отвернулась от Родиона и всю дорогу молча смотрела в окно. И он молчал. Но смотрел на нее. Любовался ею, наслаждался тем, что она рядом.
Они уже подъезжали к ее дому, когда она тихо спросила:
– Ты когда уезжаешь в Москву?
– Думаю, послезавтра. Дела здесь почти все улажены. Зато в Москве море проблем.
– У тебя много грандиозных планов. Ты человек большого размаха. Ты большой человек… А я… Желаю тебе удачи!
– Лада, я тебя не понимаю, – недоуменно посмотрел на нее Родион.
– Нет, я говорю как раз то. А вот ты… Я знала, что ты оставишь меня в Заволжске. Что ж, я буду только рада…
– Лада, я не понимаю, что случилось?
– Ты все понимаешь.
Она повернулась к нему, попыталась улыбнуться. Но улыбка эта была слишком вымученной. И на глазах ее блестели слезы.
– Лада, что случилось?
В порыве нежных чувств Родион попытался обнять ее за плечи. Но она встрепенулась, отстранилась от него.
