Но атаковать или вступать в переговоры не торопятся. Складывается стойкое ощущение, будто планета абсолютно пуста, а мы уткнулись в тупик. Если бы это была симуляция, я бы подумал, что мы наткнулись на критический баг.
— Капитан, я кое-что обнаружила, — произнесла автономная боевая платформа, указывая на голокарту.
— Что там? — спросил я, внимательно разглядывая трёхмерную голографическую картинку с подножьем одной из ледяных скал, по мне так ничем не примечательной и не отличимой от прочих. — Прелесть, я ничего подозрительного не вижу.
— Я провела тщательный анализ рельефа местности, — пояснила искин. — Подножье этой скалы с южной стороны имеет едва различимые признаки антропогенного ландшафта.
— То есть он подвергался искусственным изменениям?
— Очень похоже, капитан. Думаю, стоит взглянуть поближе.
— Но, кроме визуальных признаков, больше ничего? — хмуро поинтересовался я. — Охранных киберсистем или каких-либо ещё сетей нет?
— Иные признаки человеческой жизнедеятельности я не засекла, — извиняющимся тоном ответила Прелесть. — Я бы заявила со стопроцентной гарантией, что как минимум в радиусе сотни километров активных сетей нет…
— Но нам уже известно, что Айзик Фридман использует неведомые современной науке технологии.
— Садимся. Будем разбираться на месте.
Прелесть направила Гидру прямиком к подножью скалы. Меньше чем через минуту наш вездеход в аэромобильном режиме сел на неровную ледяную поверхность в десяти метрах от замеченной искином ландшафтной аберрации.
Я проверил температуру за бортом: -73 °C.
Однако даже более старая модель наших скафандров «Ехидна» разрабатывалась с учётом возможности выхода в открытый космос, где температура местами стремилась к абсолютному нулю и в среднем не превышала трёх градусов по шкале Кельвина. С местными морозами Ламия должна была справиться без проблем.
— Шлемы надеть, оружие держать наготове, бдительность не терять, — скомандовал я. — Никта и Сварог — фланги, Прелесть — тыл, я в авангарде.
Боковая дверь Гидры поднялась вверх, и я сразу выскочил наружу с разложенной в боевой режим штурмовой винтовкой Локи-М2. Остальные члены отряда Омикрон последовали за мной. Нас встретил внезапно налетевший шквальный ветер, вскоре переросший в настоящую метель, снизившую видимость до нескольких метров.
— Просто совпадение или неприятель играет с нами с помощью изменения погодных условий? — задал я риторический вопрос, шаг за шагом продвигаясь к цели.
— Зачем было ждать, пока мы сядем? — задался вопросом Сварог.
Мы пробрались к скале и начали осторожно изучать заледенелую поверхность. Сначала просто осматривая, а затем откалывая лёд и прощупывая сантиметр за сантиметром.