— Так на чём мы остановились, когда ты в прошлый раз заманил меня на сумрак? — не свойственным для неё мягким тоном спросила Бестия.
— Решил дать заднюю, ковбой?
— Ещё даже суток не прошло с момента смерти твоего мужа.
— На церемонии бракосочетания чётко звучало: «Пока смерть не разлучит вас…» Технически никакого нарушения нет.
— То есть… — я на секунду задумался. — А просто развестись нельзя? К чему вся эта херня со смертью?!
— Я не верю в развод.
— Это ещё что значит?
— Когда ты женился на Лилит, вы же давали друг другу клятвы?
— Давали. Традиция вроде бы такая, ещё с древних времён.
— Ну, так в чём смысл клятвы, если её в любой момент можно нарушить? — демоница произнесла это с таким видом, будто объясняла скорбному умом самую очевидную вещь. — Клятва есть клятва. Если я её дала, буду держать, чего бы мне это ни стоило. Поэтому, если вздумаешь когда-нибудь сделать мне предложение, а я буду настолько глупой, что соглашусь, учти — разлучит нас только смерть. Никакого развода!
— Звучит заманчиво. А если Марка всё же воскресят?
— Ничё не знаю — факт смерти зафиксирован.
— Как скажешь, — усмехнулся я и прильнул к её губам.
Она ответила на поцелуй. Словно оголодавший дикий зверь, перед которым положили сочный кусок свежего мяса, я накинулся на неё со всей страстью, копившейся во мне несколько недель. Сорвал с неё бельё, опрокинул на койку и начал покрывать поцелуями, облизывать и ласкать ладонями её податливое стройное тело от шеи до лодыжек. Затем вновь вгрызся в соблазнительные пухлые губы.
Но вдруг остановился и чуть отстранился. Она тяжело дышала, а я просто смотрел на её лицо, любуясь красотой, утопая в бездонных изумрудных очах, смакуя сладострастный момент, которого я так долго ждал.
— Чё, так и будем в гляделки играть? — вдруг спросила она. — Или уже потрахаемся?
— Ты такая безумно милая… — с нежностью в голосе проговорил я. — Пока пасть свою не разеваешь.
Я не дал ей договорить, накрыв её уста страстным поцелуем. Не в силах больше сдерживаться, я в неё вошёл — мои мысли очистились, и на какое-то мгновение я забыл обо всём на свете. В этот момент для меня существовали только мы, а всё остальное казалось абсолютно незначительным. Впервые с момента смерти Лилит я почувствовал себя цельным. Душевные раны от потери любимых никогда не затянутся до конца, но процесс излечения пошёл.
Однако одновременно с этим зарождался страх — меня вдруг накрыло волной настоящего ужаса от осознания того, что, как бы ни старался, я не способен её защитить. По крайней мере, до сих пор у меня на этом поприще случались лишь провалы.
— Чё за херня?! — вопросила демоница, когда я вновь остановился и уставился на неё. — Да что с тобой такое, ковбой? Совсем навыки растерял?
— Прости, — мягко произнёс я.