Автор
Переносится время в бездну ночного лагеря: Синеглазая девушка-вожатая распахивает дверь и проветривает комнату. В воздухе пьянящие мгновения вечности перед рассветом, когда каждый зажигает свечи и начинают рассказывать истории о бесконечном лете.
Так что — да, наверное, нравится.
Лена помолчала.
— Ты любишь ее — ее идеальную. — Голос девушки звенел. Она что, плакать собралась? — Ее такую, какой она никогда не была и не будет. Ее такую, какой она хотела бы быть, но так и не сумела. Не делай так. Не надо.
— Что? — Я вообще остановился. Черт, как же не вовремя все… — Лен, ты вот сейчас чего добиваешься? Мы пошли с тобой сюда вдвоем, потому что мне показалось, что ты тоже хочешь разобраться с тем, что происходит в этом лагере.
Лена обернулась и уставилась на меня взглядом, который я даже не узнал. Очень уж он не подходил хрупкой бледной девушке с фиолетовыми волосами.
Что там такого было-то? Ярость, наверное? Да, очень похоже на ярость.
— Что ты вообще знаешь о давлении? Тебе когда-нибудь приходилось просыпаться утром, и не помнить себя? Не помнить своих родителей, вообще своей жизни до лагеря, забывать, что делала накануне? Ты знаешь, что я понятия не имею, сколько я здесь? По календарю получается, что вроде бы три недели, но мне кажется… мне кажется я здесь вечно.
Я оторопел. Ложная память? Приступ шизофрении? Начинает действовать аппаратура подземелий? Но ведь сказанное звучало так отчаянно, так искренне, так… по-настоящему. Хотелось помочь этой симпатичной девчонке, сделать так, чтобы больше не было этого несчастного, загнанного взгляда, этой опасной черной безнадежности в глубине ее глаз.
Лена попыталась улыбнуться, но получилось не очень.
— Я… да. Прости… Я хочу разобраться. В себе, в тебе, во всех… — и шепотом добавила — Уже в который раз…
Это последнее я вообще не понял, но переспрашивать не стал. Девчоночьи сопли, ничего хуже нет.
Лес по сторонам тем временем густел. Развесистые березки и осины сменились крепкими высокими соснами, слегка поскрипывающими на ветру.
"— Уже близко, — сообщила Лена, не поворачиваясь. Черт, зачем она мысли читает, это неприлично. В смысле, сам факт чтения, а не мысли как таковые.
