– Вы сходили на дискотеку, и ты ей не понравился. Никакой химии между вами не возникло, и этим все закончилось. Больше ты с ней не встречался. Быть может, это просто случайное совпадение, Дилан, но пока что в твоих мирах случайных совпадений негусто. Дело в том, что даже по прошествии стольких лет я помню имя той женщины. Ее звали Карли.
Я поехал в северную часть города, где был дом родителей Карли. Когда я попал в фешенебельный район Уилметт, мне сразу стало очевидно, что они здесь никогда не жили. Позади особняка не было никакого кукольного домика, в котором после аварии выхаживала меня Карли. Сам особняк не изменился, но он больше не являлся символом империи недвижимости, построенной Сюзанной Чанс. Женщина, открывшая дверь, была мне совершенно незнакома; она никогда не слышала о семействе Чанс и владела этим домом с конца восьмидесятых.
Поискав в интернете, я выяснил, что никакого агентства «Чанс недвижимость» нет. Больше того, я не смог обнаружить никаких свидетельств того, что оно вообще когда-либо существовало. Чем бы ни занималась в жизни мать Карли, с местной недвижимостью это никак не было связано. Я поискал саму Карли, но получил список женщин со всей страны, и ничто не указывало на то, как среди них найти ту Карли, которая была мне нужна. Я не знал, где она живет и работает и вообще живет ли она по-прежнему в Чикаго. Я даже не знал, существовала ли Карли Чанс в этом мире. Возможно, свидание вслепую, на которое я ходил десять лет назад, было совершенно с другой женщиной, лишь случайно носившей то же имя.
Однако я так не думал. Я полагал, что Роско прав. Судьба нашла способ сплести наши жизни в разных мирах.
Наконец я позвонил подруге Роско Саре, выпускнице Северо-Западного университета, которая когда-то давно предложила мне встретиться с Карли. Теперь она жила в Элджине и заведовала домашним детским садом. Набирая ее номер, я старался придумать, как объяснить свой интерес найти женщину, с которой у меня почти десять лет назад состоялось одно-единственное свидание, закончившееся полной катастрофой. Определенно, о том, чтобы сказать правду, речи не было.
Когда Сара сняла трубку, мы обменялись любезностями, что заняло совсем немного времени. Роско был единственным, что нас объединяло, поэтому мы пару минут поговорили о нем и его приходе, а когда этот источник иссяк, я объяснил причину своего звонка, надеясь на то, что Сара поверит моей лжи.
– Сара, я звоню вам от безысходности. Вы вряд ли мне поможете, но вы моя единственная надежда.
