Бесконечность любви, бесконечность печали. — читать онлайн бесплатно полностью

Ему надо отыскать сына. Решил - и успокоился, стараясь выбросить из головы, заживить норовившую открыться в душе рану.

И вдруг объявился ее отец.

«А он-то для чего звонит? - раздражаясь, недоумевал Вадим. - И почему ей постоянно нужны посредники? Сначала Саня с женой, теперь вот отец? Разве Ольга ей не передала, что почти все реше­но? Но даже если так - неужели сложно набрать мой номер?»

Раздражение мгновенно переросло в неконтролируемый гнев - и Вадима понесло... В минутный спич он вложил все: и то, что не имеет отношения к ребенку, и то, что не может помогать всем своим бывшим женщинам - оплачивать их родным операции, от­правлять в санатории, лечить детей... На самом пике словесного излияния связь оборвалась. Или Евсеев, не выдержав, выключил телефон.

Повторного звонка не последовало, и весь нерастраченный гнев достался Зине, которая позволила себе отреагировать на раз­говор на повышенных тонах в кабинете у шефа и решила туда за­глянуть. Ну и получила по первое число только за то, что открыла дверь без стука...

Разрядившись по полной, очень скоро Ладышев покинул каби­нет и помчался в Колядичи на встречу со строителями. Ехал и со­жалел, что так повел себя и с больным человеком, и с секретаршей.

Александр Ильич - всего лишь отец, и понять его мотив неслож­но: единственная дочь, единственная внучка. Все, что он хочет, - это им помочь. И готов ухватиться за любую соломинку. В том, что Вадим с Катей расстались, его вины нет, пусть даже когда-то он и не горел желанием познакомиться с Ладышевым.

«И дернуло меня за язык вспомнить об операции! - Вадима грызла совесть. - К тому же санаторий ему и так положен. И об опе­рации меня никто не просил: все делал сам, по своей инициативе. А теперь упрекнул. Низко, непростительно!»

С Зиной и того хуже: сидела заплаканная, когда уходил. Даже по­сле того, как Ладышев извинился, не могла успокоиться. А ведь она кроме того, что женщина, еще и доверенное лицо во всех смыслах. Пусть чрезмерно заботлива, но преданна компании и лично шефу.

Так что чувствовал себя Вадим прескверно.

«Дождусь ответа от Хильды и сам Евсееву перезвоню, - попы­тался он успокоить совесть. - Извинюсь. Сообщу хорошие новости: уверен, что вопрос решится положительно, если уже не решен, - вздохнул он. - А Зине цветы куплю. Может, хоть что-то зачтется...»

Катя насколько могла быстро передвигалась по дому - приняла душ, выбрала самый симпатичный, на ее взгляд, наряд для бере­менных, уложила волосы, присев перед зеркалом, приступила к макияжу и вдруг поймала себя на мысли: делает это впервые за последние месяцы. Да она уже и забыла, когда в последний раз на­кладывала тени, красила ресницы - концентрировалась только на своем положении, на удобстве, на том, не может ли повредить ребенку в утробе то или иное средство либо действие.