«Мысленно помести мужика в многогранник, всё равно какой, но лучше в тетраэдр, сосредоточься на вхождении, как ты обычно делал, когда переходил из мира в мир».
— Что замолчал? — подозрительно сузил глаза Семёныч. — Али вспоминаешь что?
— Держи. — Саблин сунул ему эргион.
Массажист с любопытством повертел в руках модуль, названный Дмитрием Дмитриевичем инфобиотоном.
— Красивая штучка. Что это?
— Машинка для зомбирования людей, — полушутливо сказал Саблин.
— Шутишь?
— Да почти что и нет.
Семёныч поднёс эргион к глазам, собираясь рассмотреть его повнимательней, и вдруг взгляд его изменился, в глазах проявился некий оторопелый блеск, сменившийся растерянностью, а затем недоверием пополам с удивлением. Он прислушался к себе.
— Мать моя женщина!
Саблин позвал «родича», окопавшегося в мозгу, но ответа не услышал.
Семёныч перевёл осоловелый взгляд на него.
— Ну и ощущение! — голос его тоже изменился, стал гортанным. — Будто на меня надели смирительную рубашку… или резиновый костюм.
— Это уже… ты?
— Кажется, я. ДД не соврал, эргион действительно работает как психотронный излучатель. Я сначала не понял: в глазах потемнело…
— У меня ничего не темнело.
— Переселялась не твоя ПСС, а моя. — Семёныч пошевелил руками, присел, поворочал головой. — Абсолютно не мои кондиции, но сила в мышцах чувствуется.
— Массажист как-никак, весь день работает. Ты его не задавил?
— В смысле?
— Ты теперь не Семёныч, а Данияр Саблин, а он где?
— Здесь же, — постучал себя согнутым пальцем по лбу Семёныч. — Сидит тихо, как мышка. Он ничего не понял, но это к лучшему, не надо будет потом посвящать в наши дела.
— Это неправильно, — качнул головой Саблин. — Не дай бог при захвате Охотников ты схлопочешь пулю или тебя — то есть его — ранят ножом. Он должен знать, на что идёт.
— Разве ты его не предупредил?
— В самых общих чертах. Сказал, что мы собираемся нейтрализовать банду отморозков, нужна его помощь.
— Этого достаточно, а я постараюсь увернуться от ножа и не схлопотать пулю. Мы с тобой действительно родственники в некотором роде, оба серьёзно занимались рукопашкой. Я даже какой-то там чемпион по боям без правил.
— Неплохая характеристика, братик. Дело твоё, конечно, но объясняться с ним придётся мне.
— Сводишь в ресторан, когда всё закончится, — хохотнул Семёныч с интонациями Саблина. — Где подозреваемые?
— Идём к Прохору, там же сейчас и Юстина. Её опера в настоящий момент «пасут» гостей где-то на территории.
Семёныч накинул миткалевую безрукавку зеленоватого цвета, закрыл кабинет.
Они перешли в первый корпус, поднялись на третий этаж, Саблин постучал в дверь номера.
Открыла Юстина, посмотрела за спину Данимира, на Семёныча.
Массажист приложил два пальца к виску:
— Мадам, к вашим услугам.