Он прибыл последним, будучи в гостях у своего друга Лопухина и прямо с порога впал в некрасивую истерику.
Хованский в очередной раз постарался вернуть своих собеседников к нормальной беседе.
-Так что ответил тебе Пётр Васильевич? — по второму разу начал расспрашивать о недавно состоявшемся разговоре.
-Петя сказал, что больше знать меня не знает и видеть не желает, — проблеял Гагарин.
-Успокойся, Гавриил Петрович. Ты же русский природный князь, а не какой-нибудь выскочка, — Хованский сел рядом с Гагариным и протянул ему наполненный до краёв бокал вина.
Лицо Безбородко болезненно дёрнулось, он прекрасно понял, кому были адресованы эти слова. Можно стать сенатором и даже канцлером, но в глазах старой русской аристократии ты всегда останешься малоросским выскочкой, с сомнительным происхождением. Тем временем истерика прекратилась, всхлипы прекратились, и он залпом выпил второй бокал, услужливо налитый обер-прокурором.
-А записка? — ещё раз уточнил Хованский, — Кому Константин её передал? Его Величеству или брату?
-Не знает этого Петр, а может, и не хочет говорить, — Гагарина озарила неприятная догадка, и он протянул к бокалу дрожащую руку.
-Давайте сделаем выводы, — привлёк внимание канцлер, которому удалось взять себя в руки, — Наш замысел полностью провалился. Мы не только не получили искомые вещи, но и ещё втянуты в дело о покушении на сына Императора. А что произошло с людьми, которых должны были взять в первую очередь, Василий Алексеевич?
-Досадный случай. С казначеем мои люди разминулись буквально на два часа, оказывается, он собирался отбыть в Швецию и сразу проследовал в порт. Не брать же на абордаж датского купца, на котором тот уплыл из России? А вот со вторым человеком, который нам известен как Волков, всё сложнее. Мы не только не смогли его найти, но он успел предупредить царевича, ещё и всех остальных известных нам помощников, которые попросту исчезли. Это значит, что у него есть люди не только в моём, но и других ведомствах. Самое печальное, что мы не смогли добраться до архива и денег.
-По нашим сведениям, большая часть денег хранилась в Мраморном дворце. Архив, скорее всего, там же. Неужели ничего не удалось обнаружить? — продолжал уточнения Безбородко.
-В том-то и дело, что архив самого Константина удалось арестовать в Новгороде. Он его называет диковинным словом картотека. Сделаю себе такой же, коли всё обойдётся, очень уж он удобен, — ответил Хованский, — Но там не было старых бумаг. Только записи самого царевича, причём в основном о делах хозяйственных и армейских. Деньги нашли, но это личные средства нашего героя, не было там никаких сундуков с золотом. Новгородский дворец перерыли от подвала до чердака, пусто там.