Вы когда-нибудь видели, как работают жернова мельницы? — дождавшись кивка собеседника, Гантом пояснил, — Вот русская эскадра сейчас напоминает мне мельницу, которая медленно вращает жернова, перемалывающие всё на своём пути.
—Вы преувеличиваете, мой друг. Россия — это колосс на глиняных ногах. Надеюсь, что в ближайшее время я докажу свою правоту, — ощерился корсиканец, — Вы верно заметили, что для русской армии собственные чиновники и правители гораздо опаснее, чем армия противника. Но это их сложности, пусть умирают из-за глупости своих властителей.
—Сначала я думал также, — не согласился адмирал, — Но происходящие события убеждают меня в обратном. И речь идёт даже не о вдумчивой подготовке и грамотным действиям. У русских периодически появляются талантливые адмиралы. Обычно их деятельность ограничивается небольшими вспышками, когда удаётся выиграть сражение или даже войну на море. Далее эти успехи не получают развития и ситуация на флоте остаётся прежней. Сейчас мы наблюдаем совершенно иной подход, который не свойственен России. Но я хотел заострить ваше внимание на другом. Командующий Ушаков совершенно не реагирует на призывы Нельсона помочь в блокаде нашей экспедиции. Он выполняет какой-то свой план и пользуется полной поддержкой своего Императора. Иначе тяжело объяснить его поведение. Более того, после того как англичане разделили объединённую эскадру и заставили осман присоединиться к ним, русские продолжили действовать самостоятельно. Даже этот демарш не оказал на командующего русской эскадрой никакого влияния.
—Я всё равно не могу понять ваших опасений.
—Вы просто не совсем хорошо знаете нравы, царящие в российском обществе. Для них выполнение союзнического долга сродни почётной обязанности. Русские пытаются всем показать, что являются ещё большими европейцами, чем французы или австрийцы. Они даже могут сделать, что-то себе во вред, но им важно доказать верность взятым на себя обязательствам. И фактический отказ Ушакова помогать англичанам более показателен, нежели все другие факторы. Если бы, таким образом, поступил Нельсон, то здесь нет ничего необычного. Англичане всегда ставят личный интерес выше любых обязательств перед союзниками. А тут ещё и предложение о коридоре для нашей экспедиции. Здесь волей-неволей задумаешься о своём душевном здоровье, — улыбнулся Гантом.
А вот Наполеону было совсем невесело. Слушая аргументы своего собеседника, он всё сильнее мрачнел и погружался в невесёлые мысли. Адмирал допил своё вино и поделился ещё одной мыслью, которая не давала ему покоя уже несколько месяцев."
"— Составить такой сложный план и строго его соблюдать в принципе реально.