Услышав эти слова, Майер Ротшильд откинулся на спинку своего любимого кресла и некоторое время молчал. Десятки вариантов проносились в его голове.
—Ирландцы — это Франция, — наконец он нарушил затянувшееся молчание.
—Или Англия, — парировал наёмник, — Также это могут быть голландцы. Других вариантов просто нет. Я долго думал над этим. Мне не известны все операции и дела банка, но я примерно представляю ваших возможных противников. Хотя участие голландцев вызывает наибольшие сомнения, но как раз с их стороны могут действовать частные лица. Это маловероятно, поэтому остаются две великие державы и какое-то тайное общество.
В этот раз молчание длилось ещё дольше. Банкир погрузился в свои размышления, сыновья боялись его побеспокоить, а наёмник просто ждал новых вопросов и спокойно пил вино. Достаточно средней паршивости напиток, но не говорить, же об этом своему заказчику.
—Благодарю вас за работу, Леон, — тон банкира был самым благожелательным, — Оплату вы можете получить у секретаря. Более я вас не задерживаю. Но постарайтесь не уезжать из города, в ближайшее время у меня будет ещё одно задание.
Проводив наёмника взглядом, первым не выдержал второй сын.
—Отец, так кто же убил нашего Натана? Неужели ты веришь этому старому головорезу? Какие тайные общества и тем более государства? — толстые губы Соломона забавно кривились, а большие навыкате глаза пылали искренней убеждённостью в своей правоте.
Странно распорядилась судьба, подумал банкир, с любовью глядя на своих детей. Старший Амшель практически его полная копия, но светловолосый и голубоглазый в материнскую родню. А Соломон, наоборот, кареглазый брюнет как отец, но черты лица как у матери. А Натана, он больше не увидит. В душе опять поселилась тоска и пустота, которую он старательно гнал. Нет, кто бы ни стоял за убийством, им не сломить Майера Ротшильда. Эта трагедия сделает их семью только сильнее, и он найдёт убийц, чего бы это ни стоило.
—За тебя сейчас говорит обида за брата и желание найти убийц. Но я бы не стал торопиться. Поверь, Леон очень опытный человек. Если ему не удалось раскопать сведения о нападавших, то других следов просто нет. И думать нам сейчас нужно об ином.
—О чём мы можем сейчас размышлять кроме смерти нашего брата? — спросил недоумённо Амшель и был поддержан Соломоном.
—Мы найдём и накажем наших врагов. У меня нет в этом никаких сомнений. Через год или через пять лет, но они проявят себя и сделают ошибку. Даже если последуют новые покушения на нашу семью, то этого не утаить и к расследованию присоединятся наши единоверцы во многих странах. Никому не захочется стать следующей жертвой, и злоумышленники сильно пожалеют о своих деяниях. Но сейчас речь не об этом.