В морском вихре, который скрывался за поворотом горизонта, паруса и кильки флотилии бушевали в грозе. Он замер перед парадным входом, но тягучие голоса и призрачные фигуры устремились прямо на него. Николай шагнул за порог — последний месяц стал настоящим адом, словно его щекотали осколки обиды и необъятная печаль....
Похоже, «Бесноватый Цесаревич 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вы издеваетесь? — с сарказмом произнёс корсиканец, — Вам не кажется, что это похоже на бред сумасшедшего? Один французский Консул и русский принц, третий в списке наследования обсуждают план по захвату мира.
А смех у Бони приятный. Лицо стало какое-то детское и приветливое. Ушла эта строгость во взгляде и складки на лбу. Прямо-таки душка, а не убийца сотен тысяч людей.
—Давайте я опишу, как вижу сложившуюся в мире ситуацию и пути её разрешения. Заодно подкину вам несколько советов из моих видений. В будущем они пойдут на благо Франции и, возможно, для России.
После кивка корсиканца я выдал сжатую информацию. Которую достаточно давно обдумывал. Более детальная раскладка у меня была в письменном виде. Передам после разговора, пусть Наполеон подумает на досуге в более спокойной обстановке.
—Основными противниками России, которые действительно мешает развитию нашей страны, многие годы выкачивая из нас людские и материальные ресурсы, являются Порта со Швецией. Для Франции такими врагами являются Австрия с Англией.
Бонапарт опять задумался, но на этот раз не улыбался. Не знаю, принял ли он уже решение стать Императором, но политика такая вещь, где всякое может произойти. В данный момент корсиканец фактический глава Франции.
—В России сейчас правит ваш отец, а наследником престола является Александр. Я всего лишь Консул, чего бы вы ни думали. Все рассуждения могут носить только теоретический характер. Но я готов слушать вас дальше.
Бинго! Клиент заглотил наживку и начинаются торги.
—Не пойму, к чему такие сложности? И зачем создавать все эти буферные государства?
Более тридцати минут обсуждали положение в Европе. В принципе, особых разногласий у нас не было. Наполеон только упёрся по Польше. Наверное, он думал, что для меня это принципиальный вопрос. Я, наоборот, считаю, что поляки должны получить независимость в рамках своих коронных земель. Главное — в перспективе ослабить Пруссию и уничтожить Австрию, раздробив её на несколько частей.
