Павел шутил и был необычайно любезен, складывалось впечатление, что он сегодня просто переродился.
На следующее утро я отбыл в Новгород. Юля планировала задержаться на несколько дней в Гатчине. Уж очень на нее насели сестренки, которые хотели пошептаться о последних новостях. Это даже хорошо, пусть немного отвлечется, тем более ей самой нравилось общаться с девочками.
Отъехав буквально на десяток верст от тесного мирка дворцов и особняков, я начал понимать, какая пропасть лежит между столицей и провинцией. И еще большая разница между жизнью дворян и простого народа.
К внешнему виду, общей убогости крестьян и их жилищ я привык сразу. Но многие вещи не переставали меня раздражать. И в первую очередь это запахи. Если на амбре конского пота я давно перестал обращать внимание, то все остальное заставляло постоянно морщиться и дышать через платок, пропитанный кельнской водой. Запах гари от свечей и печей с готовящейся пищей на почтовых станциях. Смрад немытых тел и нестиранной одежды большинства людей, грязные руки, ужасные ногти, нечесаные и свалявшиеся волосы.
Ощущение, что каждый второй мается желудком, а отсюда ужасная вонь изо рта, это без учета аромата чеснока и лука. Про амбре туалета я вообще молчу, здесь лучше сравнить с химическим оружием. Даже нелепый стульчик из моего дворца, который исполняет роль унитаза, казался величайшим изобретением в истории человечества. Надо будет довести до конца дело с нормальной канализацией и фаянсовым ватерклозетом во дворце. Заодно бумагу в рулонах, что ли, придумать.
Поход в туалет – это целый процесс. Мужчинам еще нормально, а вот как мучились дамы. Не проще ли было оборудовать дворцы нормальной канализацией, тем более что она была давно известна. В дороге вообще кошмар.
Дамы таскают с собой бурдалю[33]. Когда увидел первый раз, ржал как конь. Юля на меня тогда жутко обиделась. А если приспичит по-большому?
Еще с одеждой надо решать, особенно со штанами. Ширинки нет, лосины и мундиры узкие, с неудобными воротниками, треуголки и двууголки – какой-то ужас.
Первые несколько дней ношения этих убожеств были поиском баланса, чтобы шляпа не свалилась с головы. Как в такой одежде умудряются воевать, причем успешно? У Павла вроде был пунктик по поводу треуголок, кроме них ничего носить было нельзя. Надо обдумать, как повернуть армейскую моду в сторону комфорта и простоты. Хотя бы разделить полевую и парадную форму. Заодно и женскую моду подтолкнуть к более простым решениям. Нижнее белье ничем не лучше одежды.
