Мелисса тихо всхлипывает, вглядываясь в темноту своей комнаты. Мама нежно обнимает её за плечи, и запах свежей выпечки и лавандового мыла успокаивает. Вместе они пытаются справиться с тревогой перед важным событием, которое всё ещё не приходит к ним.
Мой безупречный план сработал: пока охрана бегала по ложному следу, мы уже успели покинуть особняк. После освобождения я устроил Мелани в безопасном убежище, где Элла не смогла бы ее найти. Мы провели несколько дней наедине, наверстывая упущенные годы и обсуждая грядущее будущее.
Снедаемая тревогой, Мелани наконец осмелилась задать терзавший ее вопрос:
— Ты теперь женат, Клаус?
Я тяжело вздохнул, многозначительная усмешка тронула уголки губ.
— Да, маленькая. Теперь у меня еще и дети, — признался с еле заметной грустью в голосе.
Как многое я совершил ради этой девушки! Стал криминальным авторитетом, женился, завел потомство. И все лишь для того, чтобы вызволить ее из лап безумной стервы Эллы. По щекам Мелани покатились слезы.
— Что же теперь будет со мной? — всхлипывая, пролепетала она. — Я ничего не умею в этой жизни. Так много лет провела за решеткой того проклятого особняка.
— Эй, — я нежно взял ее за руки и заглянул в бездонные омуты глаз. — Я никогда не оставлю тебя одну, слышишь?
— Боже, Клаус… Но у тебя уже есть собственная семья, дети.
— Не смей даже думать об этом, — оборвал я ее на полуслове, заглядывая в саму душу. — Ты — вся моя жизнь, свет мой единственный.
Долгие мгновения она всматривалась в меня, а потом чуть слышно произнесла:
— Поцелуй меня… Я так долго мечтала об этом…
Нежно коснувшись щеки девушки, я впервые прильнул к ее устам. Первый поцелуй, о котором я столько грезил, был мягким и осторожным, словно мы оба боялись нарушить хрупкую идиллию момента.
— Клаус, я не знаю, что нам делать дальше, — дрожащим шепотом призналась она, через силу оторвавшись от меня, чтобы вновь заглянуть в глаза напоследок.
— Мы найдем выход, обещаю, — убежденно произнес я, крепко прижимая ее к себе. — Какими бы ни были обстоятельства, мои чувства к тебе останутся неизменными.
Аврора узнала про Мелани, я ожидал от неё истерик и обвинений, но она сказала, что ей все равно, чем я занимаюсь.
Как ни странно, но моя маленькая девочка согласилась на все это. Она была не против, что у меня есть жена и дети. В один из дней она сказала:
— Клаус, я знаю, что все это ты сделал ради меня, за что я тебе обязана жизнью.
Я боготворил её каждый день и чувствовал себя самым счастливым.
Через два года мы узнали, что Мелани, ждет ребенка.
