Начинается повествование на чистоте: воровка и убийца смертного сложения – беззащитная для судьи она. Но не беда, она уже знала, как действовать. Теперь девушке предстоит отправиться в военное училище, где её ожидает независимость и обучение за свой счет – наравне с будущими офицерами....
С тем, что надеть после душа, вопрос решился быстро. На вешалке она обнаружила халат, в котором утонула. На лице Арины даже заиграла грустная улыбка, когда она посмотрела вниз и увидела, что полы халата прикрывают ей икры. Она поиграла пальцами на ногах. И направилась к двери.
Выйдя, она сразу же взглядом натолкнулась на мужчину. Тот лежал на кровати, закинув одну руку за голову. Во второй он держал стакан с прозрачной жидкостью, которую лениво потягивал, не сводя взгляда с двери ванной.
Значит, ждал… Пока Арина выйдет.
Девушка мысленно похвалила себя, что не стала задерживать и раздражать мужчину.
Но невольно застыла, точно наткнулась на невидимую стену.
Александр не спешил начинать разговор. Он прищурился, осматривая её в который раз за их короткое знакомство.
Арина напряглась. Что-то изменилось во взгляде мужчины. Точнее, все.
В нем появилась откровенное вожделение, похоть."
"Она их чувствовала… По коже девушки рассыпались фантомные искры, колкие и будоражащие.
Мужчина подался вперед, желая рассмотреть её лучше.
– Ты меня боишься? – хрипло и как-то надсадно поинтересовался Александр с той же ленивой интонацией. Арина метнула взгляд к его паху и с вновь накатившей паникой увидела, что он уже возбужден. Выдающийся бугор говорил сам за себя.
– Боюсь, – честно призналась она.
– С тобой мужчины были жестоки? Откуда страх, Ариша?
Ласковое прозвище неожиданно зашло девушке. Но странным, искаженным образом.
Она как раз подошла к кровати и поставила колено на матрас, натянув ткань халата. Сердце в груди билось пойманной в силки птицей. Александр вроде бы и говорил относительно ласково, но при этом смотрел так, точно уже всё решил. Хотя почему точно? Он уже решил.
– Я не была с мужчиной, – как можно спокойнее произнесла девушка без ложного стеснения. Она лишь констатировала факт, о котором он и так узнает через пять-десять минут.
Рука, что похлопывала по матрасу, замерла.
И сам Александр тоже как-то настораживающе странно напрягся. Точно хищник перед прыжком. Атмосфера в комнате резко изменилась, не суля Арине ничего хорошего.
У девушки мелькнула мысль, что не следовало говорить. Она могла просто сказать, что никто её не обижал. И лечь рядом. А что теперь?..
