Начинается повествование на чистоте: воровка и убийца смертного сложения – беззащитная для судьи она. Но не беда, она уже знала, как действовать. Теперь девушке предстоит отправиться в военное училище, где её ожидает независимость и обучение за свой счет – наравне с будущими офицерами....
И никто, ни одна сука, до неё не дотрагивалась.
Только он.
Похоть ударила в голову! Александр задышал чаще, глубже. Дыхание обжигало грудь, а вид, что открывался рядом, дурманил похлеще водки.
Трогал её Ярмолов аккуратно. И рассматривал… Его пальцы погружались во влагу, сочащуюся изнутри, что не могло не радовать. Значит, Арина возбуждалась.
Выпрямлялся он, не вынимая пальцев из влажного плена. Арина заерзала на них, не осознавая, что тем самым, ещё глубже насаживается. Взяв её за подбородок, Саша снова набросился на её губы, вставая у неё за спиной.
И тянулась… Хваталась за него. Трогала. То распрямляла пальцы, то сжимала.
– Держись за меня, – снова распорядился Саша, убирая пальцы и заменяя их членом.
– Презерватив! – пискнула Арина, явно припомнив его прошлый выговор.
– Похер на него, – сдавленно прорычал Ярмолов, погружаясь в её влагу.
Ответственность за происходящее он брал на себя в полной мере.
Не собирался и сейчас.
– Не в меня, Саш… Хорошо? – залепетала Арина, перед тем как протяжно застонать и откинуться к нему на грудь, заводя руки ему за шею.
Снова потянувшись к нему…
Естественно, в неё кончать он не собирался. Рано ей ещё деток воспитывать. Пусть жизнь увидит. Настоящую. Яркую. С ним.
Ярмолов распластал руку на её животе, второй смял грудь. И толкнулся вперед, заполняя собой Арину.
Арина застонала громче, и тут до Саши дошло, что они находятся фактически в огороде и некоторые товарищи-соседи могут греть уши! Пришлось зажать рот девушке, аккуратно, так чтобы она не испугалась.
– Тихо, – выдохнул он, прикусывая мочку её уха.
Арина забилась в его руках, затрепетала. Он повернул к себе её личико, чтобы увидеть, как на нем отражается страсть.
Увидел.
После чего задвигался жестче, быстрее, наполняя тесный предбанник влажными пошлыми звуками. Запахом, который ни с чем нельзя спутать."
"Когда Арина сжала мышцами его член, Александр возликовал. Давай, девочка… давай… Он тоже был на грани! Она настолько узко сжимала его, что каждый толчок был сравним с микрооргазмом.
