Дрожь ледяной морозкой пронзила тело. Женский голос срывался на крик — он звал очнуть и разглядеть мир через расшифрованные оковы слепоты. Открытые глаза видят лишь черные тени и холодную пустоту, где только мерцает огонь жизни в глубине серых стекол.
А когда навстречу вышел сам барон Варул Ульф, кланяясь и извиняясь что так все обернулось, начала и вовсе успокаиваться.
— Госпожа Далия! Позвольте вам все объяснить? И не волнуйтесь. Это решение барона Варди. Ну кому придет в голову искать вас здесь? Вот мы и согласились. Надеюсь, в будущем Его Величество оценит наше содействие в столь важном деле? — Узнаю еврея — тут же спрашивает оплату за свою помощь.
— Тюггви помнит, какую неоценимую помощь вы оказали ему в самом начале. Можете не сомневаться, что не оставит вас без заслуженной награды.
— Госпожа, перед тем, как мы начнем, позвольте обработать вам рану? — Отведя взгляд в сторону буквально попросил хозяин.
И только тут я ощутила боль в левой половине лица. И даже глаз. Как будто он стал хуже видеть. Ах, да. Меня же ударил тот, что был с письмом у дома.
— Да. Будьте так любезны.
Еврей хлопнул в ладоши и вошли два молодых человека. У одного в руках небольшой тазик с водой, у второго — склянки и чистые тряпки.
— Позвольте ваш плащ. — Вежливо осведомился один из них. И тут я вспомнила, что свой плащ отдала Кэрите. Зачем он ей понадобился? Но послушно выполнила просьбу мужчин.
Первым делом они укрыли меня тряпкой, а затем начали обмывать лицо холодной водой. По мере их манипуляций, вода в тазу постепенно розовела. А лицо перестало саднить. После, один из них нанес какую-то пахучую мазь и левая половина лица вспыхнула жаром.
— Следов не останется. Но синяк будет держаться долго.
— У меня же коронация? Вернее у Тюггви. — Тут же вспомнила я о главном событии. И даже подпрыгнула на стуле.
— Здесь мы бессильны. — Развел один из них руками, затем поклонился и вместе с товарищем вышел.
— Синяк можно попробовать замазать. — Вкрадчиво, разглядывая меня сказал барон Варул Ульф. — Но что делать с отеком? Он не успеет сойти за это время…
Еще и отек?! Хороша же я буду на празднике! Но это потом. А сейчас. Что происходит?
— Мне известно не многое.
Здесь старый еврей отвел взгляд. Ой недоговаривает! Все ему известно, просто не хочет выпячивать свою осведомленность."
"— Они сговорились с ронюсками и пришли к выводу, что причина их бедствий — вы! Вы же очень активно начали перемены в столице. Именно вы, а не ваш жених.
