Это я нужен Бородвым, они же мне и даром не сдались. Просто добрая душа демоника за Белоснежку болит. А вообще обидно, да. Помогаешь тут людям, дерешься за их дутую честь, а они еще тебе и на шею садятся.
- Лучше ждите скоро новостей, Ваша Светлость.
- Новостей? – переспрашивает Алекснадр и мигом бледнеет. – Света беременна?
- Что? Нет! Я про турнир – неспроста же вашу дочь хотели прилюдно избить. Итальянцы готовят какую-то подлость.
- А, вот ты о чем, - с облегчением выдыхает Александр. – Да-да, это само собой. Ладно, готовься к выходу на арену. Фу-ух, напугал!
Держась за сердце, бледный князь вываливается из кладовки. Надеюсь, инфаркт не тюкнет по пути к трибунам.
***
София сидит на своем месте, обсаженная со всех сторон ухажерами. Мужчины что-то говорят, княжна им что-то на автомате отвечает, но ее мысли заняты Перуном. С одной стороны – всё идет как она и хотела: Артем признал Свету своей девушкой, даже бьется за сестренку. С другой – сердце Софии будто рассекли тонким лезвием бритвы, а рану припорошили сверху индийскими специями. В одной присыпке растолченные зависть, ревность и обида. Жжет нестерпимо больно.
«Это за меня – за меня! - он должен драться! Никто не знает душу Перуна лучше!»
На арене подростки только что завершили бой. Очередь юниоров. Перуну уже доставили форму, вот и он выходит среди прочих участников. В слишком больших шортах и мешковатой футболке. На вид – никакой не полубог, всего лишь угловатый тинейджер. Глядя на этого ребенка, София кусает до боли губу.
«…Никто!»
На трибунах поднимается смех. Молодые дворяне чуть ли не тычут пальцами в Перуна.
- Что за несуразица?! Или это его счастливая футболка?!
Натянуто улыбаясь на очередной комплимент, София сжимает кулаки. Как они смеют насмехаться над своим будущим спасителем! «Вадим - кретин! Уволю! Сказала же - брать «сорок шестой» размер».
На лестнице сверкают серебряные волосы сестры. Платье ее измято и в пыли, лицо розовое, в глазах горит загадочный блеск. Она же от Перуна только что? Неужели их близость свершилась так скоро? От мысли о торжестве ее замысла на глаза Софии наворачиваются слезы.
- Виталий, не уступите ли место моей сестре? – ласковым голоском обращается София к одному из вассалов. Она его и усадила-то рядом, только чтобы сидение сестре занять.
- Ммм… конечно, Ваше Сиятельство, - толстяк, тяжко вздохнув, уходит.
Когда Света опускается рядом, София нетерпеливо шепчет ей в ухо:
- Надеюсь, не предохранялись?
Еще одного их раза сердце Софии не выдержит.
- Что? – моргает Света. – Фу, сестра! Я всего лишь помогала Перуну размяться!"
"- А-а-а, - София сама не понимает, то ли разочарована, то ли обрадована. – Что ж, после турнира обязательно воспользуйся шансом. Эйфория от победы – чувство, которое хочется разделить с красивой женщиной.