В "Бессмертном" мир под непривычным светом видит человеческие связи как нечто неотъемлемое от технологий и машин. Книга открывает двери в глубины эмоций и взаимоотношений, где даже самая простая связь может стать вечной. Приглашаю вас на невероятное путешествие через сердца и мозги — от фантастики до библиотеки человеческого взаимодействия....
— Теперь они не сразу ее откроют, — пояснил он на мой удивленный взгляд, — соединил вручную проводки, и дверь послушно поехала в сторону.
* * *Мы шли обычным неспешным шагом, я положила ладонь Александру на согнутую в локте руку, словом, со стороны вполне себе идеалистическая картина куда-то направляющейся семейной пары. Никто ведь не догадывался, что я расположила так руку, чтобы у меня не выпала из-под шарфа чужая, недавно мною отрезанная.
По дороге встретилось несколько военных, все они приветливо улыбались Тайлеру, некоторые игнорировали мое присутствие, но, тем не менее, не удивлялись, другие даже здоровались со мной персонально, но все, как один, были рады видеть Энтони Гиббса.
Я вспомнила, как злился Рикардо, что к его брату притягивает людей, которых потом от него не оторвешь. Воспоминание вызвало улыбку. Что ж, Рикардо Тайлер был прав.
Мы прошли длинный коридор, спустились по одной лестнице и вышли в холл, оставалось всего сотня метров до пропускного пункта, и, если бы нам удалось выйти… Но нам не пришлось даже проверить ребят на выходе на бдительность, потому как прямо возле них стоял вице-адмирал Дункан.
— Отправьте в кабинет полковника наряд! — голос вице-адмирала ничем не напоминал добродушный тон «дядюшки Саймона», громоподобный, командный, эхом разносящийся по пустому холлу. — Никого не впускать, не выпускать!
— Назад, — прошептал мне Тайлер, отступая в тень широкой колонны.
Отсюда мы могли видеть Дункана, а он нас нет.
— Черт знает что! — бушевал вице-адмирал по поводу молчания Хеннеси и Кокса в ответ на его бесконечные вызовы.
Тут он поколдовал над своим коммуникатором и принялся вызывать еще кого-то. И через мгновение стало ясно, кого, потому что коммуникатор на запястье Тайлера засветился, и я только вздохнула с облегчением от того, что он заранее догадался поставить его в режим «без звука».
— Давай, пошли, — заторопил меня Александр, отступая обратно в коридор, из которого мы только что вышли.
Его коммуникатор продолжал светиться.
— Я думаю, тебе лучше ответить, — прошептала я."
"— Угу, попробую выиграть отсрочку, — прикрыв за собой дверь, ведущую в холл, — он принял вызов: — Да, я слушаю, дядя Саймон.
Я поморщилась, да уж, дядюшка, так дядюшка.
— Где ты? — тон по-прежнему грозный.
— В зале, — Тайлер добавил в голос удивления.
