В "Бессмертном" мир под непривычным светом видит человеческие связи как нечто неотъемлемое от технологий и машин. Книга открывает двери в глубины эмоций и взаимоотношений, где даже самая простая связь может стать вечной. Приглашаю вас на невероятное путешествие через сердца и мозги — от фантастики до библиотеки человеческого взаимодействия.
— Все автоматизировано, — оценила я, положив локти на стол и осматриваясь.
— А что ты хочешь? — Эшли пожал плечами. — В то время как мы тратим миллионы на вооружение, Гиамма расходует их на исследование и улучшение жизни своих граждан.
— Ну, роботы-официанты не открытие века, — не согласилась я, — у нас они тоже есть, просто не слишком распространены.
— Правильно, потому что экономика нацелена на то, что людям нужна работа, чтобы платить налоги, которые идут все на то же вооружение.
Тут я поспорить не могла. Спросила другое:
— Почему же ты пошел в военные, если считаешь, что наши планеты тратят деньги и силы не туда?
— Я не сказал, что не туда, — Эшли на пару секунд отвлекся, принимая наш заказ с подноса, прикатившего робота, потом продолжил: — Просто порой задумываешься и понимаешь, какой бред все эти войны, — я не успела поинтересоваться, какой именно «порой» на него накатывают подобные мысли, как он сам пояснил: — Например, когда ты попала на наш корабль, и мы познакомились с землянами поближе. Ведь можем же мы общаться, как нормальные люди.
— Можем, — подтвердила я не слишком уверенно. — Но «Тринадцатилетнюю войну» из истории не выкинешь.
— Ты кого-то потеряла в той войне? — голос старпома прозвучал удивительно понимающе, мне даже на мгновение показалось, что мы знакомы с ним тысячу лет.
— Брата, — ответила я, потом покачала головой, заранее пресекая дальнейшие вопросы. — Давай не будем об этом.
— Хорошо, — покладисто согласил Эшли, — только не расстраивайся, — и его ладонь вдруг накрыла мою, лежащую на столешнице.
Я вздрогнула. А вот этого нам точно не нужно.
Может быть, я слишком много о себе возомнила, но мне показалось, что этот жест был чем-то большим, чем поддержка.
Я медленно высвободила руку и тут же схватила ей кружку, чтобы мой жест выглядел так, как будто я просто захотела пить, а не отделаться от него. Я только понадеялась, что Эшли не обратил внимания на то, что я правша, и обычно не держу кружку левой рукой.
Не знаю, заметил Рис что-то или нет, но, по крайней мере, сделал вид, что нет.
— Уютно здесь, — сказал он, разглядывая обстановку. — Люблю такие места.
Я пожала плечами.
— Мило, — потом снова отпила из кружки, — а вот кофе здесь так себе.
Мы оба засмеялись, но уже не так беспечно, как раньше. И этому причиной была даже не «Тринадцатилетняя война», о которой мы только что невольно вспомнили. Мне показалось, что Эшли хочет мне что-то сказать или о чем-то спросить, но не решается.
