Автор
В четверг утром 11 сентября Венис Олдридж уже знала исход дела. Казалось, мир вокруг нее замер в момент перед трагическим разрывом истины. Четыре недели до своей казни — это время, когда мысли жертвы начинают обращаться к суду, а каждый день выглядит как последний.
Разве она каким-то боком участвовала в управлении конторой, занималась скучными рутинными операциями, хотя бы финансами? Да, она приходит в «Чемберс» на собрания, спорит с не устраивающими ее предложениями, но что она делает на самом деле? Ее всегда больше интересовала собственная карьера.
– Может, все дело как раз в карьере. Я тут подумал: а не хочет ли она выбиться в судьи? Ей явно нравится исполнять обязанности помощника рекордера[4]. И если это так, ей важно сменить меня на посту главы коллегии.
– Но это важно и мне.
– И все же она пришла раньше, – сказал Лэнгтон.
– Потому что она женщина? Ну, вот мы и подошли к этому. Конечно, это может испугать наиболее робких членов, и все же я полагаю, чувство справедливости победит в них политкорректность.
– Это не только политическая корректность, – мягко произнес Лэнгтон. – Мы придерживаемся определенной линии поведения. Существуют правила в отношении сексуальной дискриминации. Как мы будем выглядеть, если прокатим женщину.
– Венис говорила с тобой? Она действительно сказала, что хочет получить этот пост? – спросил Лод, с трудом сдерживая нарастающий гнев.
– Не со мной. Кажется, с Саймоном – он говорил, что она намекнула ему об этом.
«Ага, значит, Саймон Костелло», – подумал Лод. Полет-Корт, 8, был рассадником сплетен, как и весь «Чемберс», но Саймон принадлежал к ненадежным сплетникам. Не следует обращаться к нему, если хочешь получить проверенные данные."
"– Это всего лишь предположение, – сказал Лод.
– Ну, это вряд ли, – поморщился Лэнгтон. – Если придется голосовать – так и сделаем. Примем решение большинством голосов.
«А тебе самому все равно, – с горечью подумал Лод. – Тебя уже здесь не будет.
