Бесспорное правосудие — читать онлайн бесплатно полностью

 – Люк немного помолчал, потом сказал: – Сначала мы хотели отказаться от этих денег. Ведь, полагаю, отказаться можно?

– Это создаст некоторые затруднения душеприказчикам, но, если вы так щепетильны, можете потратить деньги не на себя.

– Вот и Анна так говорит, но, думаю, мы в конце концов возьмем их. Сначала нас обуревают высокие мысли, но по зрелом размышлении все меняется. Анне нужна новая печь для обжига и сушки.

Несколько минут они шли молча, потом Люк спросил:

– Насколько все это затронет мою жену? Хотелось бы избавить ее от волнений – особенно сейчас, когда она ждет ребенка.

– Надеюсь, никаких волнений не будет. Скорее всего просто возьмем свидетельские показания.

– Значит, приедете еще раз?

– Не обязательно я. Возможно, приедут два моих сотрудника.

Поднявшись на вершину холма, мужчины остановились, глядя вниз на пеструю мозаику сельской местности. Интересно, подумал Дэлглиш, следит ли за ними из окна Анна. И тут Камминз ответил на вопрос, который Дэлглиш не решился задать:

– Я рад, что покончил с учительством, по крайней мере в Лондоне, рад, что избавился от школьного шума, буйства, служебных отношений и постоянной борьбы за соблюдение порядка. У меня никогда это не получалось. Здесь я иногда замещаю учителей, но в деревне все иначе. А в основном занимаюсь садом и счетами студии. – Он замолчал, а потом тихо произнес: – Я даже не подозревал, что можно быть таким счаст-ливым.

Они спускались вниз, но на этот раз в их молчании ощущалось дружеское единение. Ближе к студии стало слышно жужжание гончарного круга. Анна Камминз согнулась над очередным горшком. Глина вертелась, вздымалась и изгибалась под ее руками, потом ее пальцы нежно прикоснулись к горлышку будущего горшка, и вдруг неожиданно Анна, передумав, свела руки вместе, и глина, словно живая, дернулась и осела липким куском, а колесо остановилось. Взглянув на мужа, Анна рассмеялась:

– Дорогой, у тебя рот испачкан. Весь в ало-красных разводах. Ты похож на Дракулу."

"Вскоре Дэлглиш откланялся. Муж, жена и ребенок между ними стояли и серьезно, без тени улыбки смотрели, как он отъезжает. Дэлглиш понимал, что они рады его отъезду. Оглянувшись, он увидел, как они возвращаются в студию, и его пронзило печальное, с примесью жалости чувство. Эта безмятежная студия, горшки такие мирные и семейные на вид, жалкая претензия на самодостаточность, представленная садом и курятником, – разве они не символизируют бегство от жизни, покой такой же иллюзорный, как горделивый порядок парков восемнадцатого века в Темпле, такой же призрачный, как вечные человеческие поиски добра и гармонии?

У Дэлглиша не было желания лавировать меж соседних деревень, и, выбравшись поскорее на шоссе, он погнал на большой скорости.