Автор
В четверг утром 11 сентября Венис Олдридж уже знала исход дела. Казалось, мир вокруг нее замер в момент перед трагическим разрывом истины. Четыре недели до своей казни — это время, когда мысли жертвы начинают обращаться к суду, а каждый день выглядит как последний.
Спускаясь по эскалатору, Кейт испытала прилив ярости, не понимая, направлен ли он против нее самой или против Дэлг-лиша.
Глава сорок седьмая
На следующий день Дэлглиш в последний раз отправился на Полет-Корт, восемь. Он вошел в Темпл со стороны Эмбанкмент. День клонился к вечеру. С реки дул легкий ветерок, принося с собой первое дуновение зимы. У дверей Дэлглиш столкнулся с Саймоном Костелло и Дрисдейлом Лодом, они выходили из «Чемберс».
Костелло окинул офицера долгим, холодным взглядом, в котором читалась откровенная неприязнь.
– Мерзкая история, коммандер. Я-то думал, что полицейский отряд способен арестовать одного человека, не снося ему при этом голову. Однако нужно вас и поблагодарить. Вы сберегли средства, которые стране пришлось бы на него тратить целых двадцать лет.
– А также ваше время или одного из ваших коллег – теперь не придется его защищать, – парировал Дэлглиш. – К тому же он показал себя неблагодарным и не особенно выгодным клиентом.
Лод улыбнулся, словно тайно наслаждался этой пикировкой, в которой сам не принимал участия.
– Есть новости? – спросил он. – Вы не арестовывать нас пришли? Конечно, нет, ведь тогда вас было бы по меньшей мере двое. По этому поводу можно привести латинскую фразу. Vigiles non timendi sunt nisi complures adveniunt[32]. Предоставляю перевести ее вам самому.
– Нет, не арестовывать, – кратко ответил Дэлглиш и посторонился, пропуская юристов.
Внутри Валерия Колдуэл сидела за своим столом, а над ней с раскрытой папкой склонился Гарри Нотон.
– Теперь ему там лучше. Странно так говорить о тюремном заключении, но вы понимаете, о чем я. Сейчас он старается добиться досрочного освобождения за примерное поведение. Уже недолго осталось. Бабушке все известно, и поэтому посещать его стало легче. Мне не приходится притворяться.
– Мисс Колдуэл повысили, – сказал Гарри Нотон. – Она теперь секретарь коллегии.
Дэлглиш поздравил девушку и спросил, здесь ли мистер Лэнгтон и мистер Ульрик.
– Да, оба здесь, хотя мистер Лэнгтон предупредил, что уйдет рано.
– Вас не затруднит сообщить мистеру Ульрику, что я пришел к нему?
Дэлглиш подождал, пока она позвонит, а потом спустился по лестнице. Кабинет в цоколе вызвал, как и в первый раз, клаустрофобные ощущения, в нем было так же душно, но в этот день погода была холоднее, и жар в камине не так угнетал.
