Автор
В четверг утром 11 сентября Венис Олдридж уже знала исход дела. Казалось, мир вокруг нее замер в момент перед трагическим разрывом истины. Четыре недели до своей казни — это время, когда мысли жертвы начинают обращаться к суду, а каждый день выглядит как последний.
Действительно талантливо. Можно сделать что-нибудь в таком духе и у нас в квартире. Но на это уйдет много месяцев.
– У меня ушло два месяца и три дня.
– А где ты взял все эти картинки?
– В основном из журналов. Что-то украл.
– Из библиотек?
Октавия вспомнила, что читала о двух мужчинах, драматурге и его любовнике, сделавших то же самое. Они обклеили квартиру гравюрами из украденных в библиотеке книг, и об этом узнали. Интересно, их посадили?
– Нет, слишком рискованно. Я воровал книги из киосков, – ответил Эш.
– И скоро все это уничтожат. Тебе не жалко? Столько работы!
Она представила: огромный шар, раскачиваясь, про-бивает стены, волна песка и пыли вздымается удуш-ливым облаком, картинки ломаются и рушатся, как части пазла.
– Мне все равно, – сказал Эш. – Ничего в этом доме меня не радует. Его пора снести. Посмотри сюда. Это комната тети."
"Он открыл дверь справа и протянул руку к выключателю. Комнату залил красный свет. Он шел не из центрального источника, а из трех ламп, стоящих на низких столиках под красными атласными абажурами с рюшками.
– Тетя гадала, – сказал Эш.
– За деньги?
– За деньги. За секс. И ради развлечения.
– Она занималась любовью в этой комнате?
– Вон на том диване. Это было ее место. Все происходило здесь.
– А где был ты? Что делал? Я о том, где ты был, когда она занималась здесь сексом?
– Тоже здесь. Ей нравилось, когда я при этом присутствовал. Нравилось, чтобы я был рядом.
По голосу Эша нельзя было судить о его чувствах. Октавия поежилась. Ей хотелось спросить: «Тебе это нравилось? Почему ты не ушел? Ты любил ее?» Но это слово она не могла произнести. Любить… До сих пор она не понимала, что это значит, но одно знала точно: любовь не имела отношения к этой комнате.
– Это случилось здесь? Здесь ее убили? – спросила она почти шепотом.
– На этом диване.
