Далее Давид, больше ни на что не отвлекаясь, что называется, дорвался до тела, показав все свое мастерство. Поцелуи мужчины сводят с ума, то что творят его руки – словами не передать. То что делает Крамер – это покорение. Самое настоящее. Покорение моего разума, тела, воли. В руках начальника я становлюсь послушной куклой, его власть становится безграничной. Причем я чувствую себя какой-то тряпичной куклой, руки, ноги, да и все тело, как ватные, я сама могу разве что только сладко стонать, не в силах хоть как-то сама проявить инициативу, но босс ее и не ждет.
Во всяком случае, не в этот раз.
К моменту, когда Давид лег сверху между моих ног, я была зацелована, кажется практически везде, Крамер не упустил ни одного нежного чувствительного местечка.
Осталось только одно желание – ощутить Давида внутри себя.
Но при всем при том, какой-то червячок в подсознание точит меня, не дает окончательно расслабиться, чтобы с удовольствием предаться пороку и разврату, и это даже не страх перед болью – Крамер настолько профессионал, что кажется, будто сделает это максимально безболезненно.
Нет, тут что-то другое, но что именно, не пойму.
И тут меня наконец озарило!
– Давид Матвеевич! – вскрикнула я одновременно с решительным толчком Крамера внутрь меня. Все, больше я не девица.
– М-м? Очень больно? – Крамер смотрит на меня сочувствующе. Я,конечно, большеват…
– Нет! Точнее да, больно. Но… Давид Матвеевич, а вы контрацепцию надели?
– Нет. Зачем?
Давид сделал пробный осторожный толчок внутри меня.
Выгнулась. Боль и наслаждение смешались, такие невероятно острые ощущения. Вцепилась в руки шефа со всей силы и жду продолжения. Но. о чем мы говорили?
– Дети – это не опасность. Вы здоровы, я тоже.
Так. Не нравится мне все это.
– Давид Матвеевич!
Пытаюсь разорвать наш с начальником контакт и выбраться из-под Давида. В ответ на мои действия этот дьявол качнулся вперед еще раз, и еще, еще. Да-а…
– Не переживайте, Василиса, от незапланированных детей я уже давно застраховал себя сам.
Есть знаете ли, методы предохранения для мужчин, кроме механического.
– Какие.
– Я вам потом расскажу.
Крамер увеличил темп. Говорить у меня больше не получается.
Давид словно заполнил меня там полностью, закусив губу, полностью погружаюсь в собственные ощущения, и Крамер, видимо почувствовав, что я выдерживаю заданный им темп, только еще больше ускоряется, но при этом находит время чтобы вдруг меня поцеловать, на удивление, невыразимо нежно и страстно.
