Под внимательным взором Давида удалилась переодеваться. Одежду сменила, но яркий макияж и прическу оставила. Пускай, все равно же домой подвезут, да и босс ждет.
В полной тишине еду в машине Крамера. Тишина давящая, а направление выбрано явно к начальственному дому. Единственное, что успокаивает, в этом доме Давида пыточных нет.
Молчаливый ужин в доме шефа я запомню надолго. Это был пик напряжения. Крамер демонстрировал мне свою холодность и отчужденность. Я ожидала худшего.
Все оказалось не так страшно, как мне представлялось.
Дождавшись, когда я закончу есть, Давид встал, плавно, словно хищник подошел ко мне, а потом без лишних слов стащил со стула, и усадид на свободную от посуды часть длинного стола. Мужчина пристроился между моих ног, широко их разведя и крепко сдал талию. К чему все идет я понимаю, нот ведь есть уже заявление. Фактически я заявила, что отношения, во всяком случае с моей стороны закончены.
– Давид Матвеевич, не надо, – вышло довольно жалко с моей стороны.
– Вы пока что еще работаете на меня, Василиса Андреевна, – сухо ответил Давид и поцеловал меня властно, жестко, подавляя.
Мои пусть и скромные попытки оттолкнуть Крамера были тут пресечены.
Оказалась лежащей спиной на столе и Давид давит на меня всей своей массой, не прекращая целовать, длиться поцелуй до тех пор, пока я не перестаю трепыхаться, устав и поддавшись воле и власти этого мужчины. Чувствую, как Давид резко задирает мне юбку, а затем стягивает нижнее белье.
Выгнулась, когда Крамер одним мощным толчком в меня вошел.
Опять все происходит быстро, по звериному. Стол содрогается от сильных толчков, начальник не заботится о моем удовольствии, но вопреки всему заканчиваем мы одновременно и быстро.
Давид, кажется, немного успокоившись, встает с меня, но далеко не отходит, и вот я уже взлетаю на плечо мужчины, и он несет меня наверх в сторону спален, словно первобытный человек свою даму. А с виду ведь Крамер был такми джентльменом… психологические испытания, игры, все такое, а тут на тебе, накормить, на стол, а потом в берлогу утащить.
– Давид Матвеевич, вы поступаете некрасиво, – тихо произнесла я. А смысл уже ругаться? Давид непробиваем. Так, лишь констатировала факт.
– Зато я знаю, чего хочу и кого хочу, – в той же манере ответил мне Крамер.
– В этом я даже не сомневалась.
– А еще не скрываю, кто я есть, не стесняюсь своих желаний. Тебе нравится все, что я делаю. Ты можешь говорить и думать одно, но твое тело и реакции тебя полностью выдают.
